Покинув заросли, они посмотрели вверх, проверяя, где находятся вертолеты. Военные сконцентрировались в нижней части парка. Пегас вошел в темные воды пруда. Эмили зашагала было за ним.
– Эмили, стоп. – Джоэль предостерегающе поднял руку.
– Но я могу помочь, – запротестовала она.
– Да, а к твоей ноге может прицепиться инфекция из грязной воды, – сказал Джоэль. – Оставайся на берегу и держи ушки на макушке. Подай знак, если кто-то будет подходить.
Эмили терпеть не могла, когда ей говорили, что делать. Она способна ровно на то же, что и Джоэль. Но в глубине души девочка знала, что он прав. Ее нога пульсировала болью. С ней было что-то очень и очень неладно. Грязная вода только усугубила бы проблему.
– Хорошо, – согласилась девочка. – Но давай как можно быстрее.
Оставшись на краю пруда, она нервно следила за поисковыми вертолетами в небе, пока Джоэль вел Пегаса на глубину. Жеребец опустился в воду и Джоэль начал быстро тереть его.
– Скорей, – приглушенно крикнула Эмили, когда два вертолета отделились от основной группы и двинулись в их сторону. – Они летят сюда!
Вертушки двигались быстрее, чем казалось на первый взгляд. У Джоэля и Пегаса не было и шанса выбраться из воды раньше, чем вертолеты доберутся до пруда.
– Ложись! – крикнул Джоэль и вместе с жеребцом нырнул.
Эмили едва успела скрыться за деревьями, как луч прожектора упал на то место, где она только что стояла. Она слышала, как стучит кровь в ушах, чувствовала боль, волнами расходящуюся по ноге, но все ее внимание было сосредоточено на вертолетах, которые полетели дальше на север.
– Все чисто! – сообщила она, хромая обратно к воде.
Джоэль и Пегас осторожно подняли головы над поверхностью воды. Парень с новыми силами принялся обмывать жеребца.
Пегас вышел на берег черный, как сама ночь, хотя его крылья оставались ослепительно-белыми. Эмили только-только накрыла их пледом, как чей-то голос заставил их вздрогнуть.
– Что вы с ним сделали?!
Высокая женщина выступила вперед. Одетая в лохмотья, она двигалась с исключительной грацией и властностью. Женщина несла длинное копье с острым наконечником, который светился золотом. Ее ярко-синие глаза сверкали в темноте.
– Как вы посмели прикоснуться к нему? – с вызовом спросила она, оттолкнула Эмили в сторону и направилась прямиком к Пегасу. – И что за ужас вы с ним сотворили?!
Дальше она обращалась уже к Пегасу:
– Как ты мог позволить этим глупым детям проделать с тобой такое?
– Простите, – сказал Джоэль. – Но он наш.
– Пегас никому не принадлежит, – яростно выпалила женщина. Она повернулась обратно к жеребцу, и ее голос тут же смягчился: – Взгляни на себя, мой старый друг. Ты похож на тягловую лошадь.
Пока женщина продолжала осматривать Пегаса, жеребец возбужденно заржал. Она прижалась к нему лбом и понизила голос.
– Пегас, мы пали, – с грустью сказала она. – Отец закован в цепи. Аполлон мертв, а Олимп лежит в руинах. Нирады одолели нас.
– Нирады? – осторожно спросила Эмили.
Женщина опустила взгляд на перевязанную ногу Эмили.
– Я чувствую их запах на тебе, – сказала она. – Ты билась с нирадами? Тебе несказанно повезло остаться в живых.
– Вы так называете этих четырехруких существ? – спросил Джоэль. – Ни-рады?
Женщина кивнула:
– Они убили моего брата. И не счесть тех, кто пал от их рук. Олимп захвачен.
– Вы сказали, они убили Аполлона. Он был вашим братом? – спросил Джоэль, затаив дыхание. – Так вы… вы Диана?
– Таково одно из моих имен, – ответила высокая женщина, задержав на нем взгляд. – А ты римлянин.
Стрекот вертолетов прервал разговор.
– Диана, пожалуйста, – взмолился Джоэль. – Я знаю, что вы великая воительница, но поверьте нам – здесь нельзя оставаться. Летающие машины в воздухе схватят вас. Нам всем нужно спрятаться.
– Спрятаться? – непонимающе повторила Диана. – Я не прячусь от битвы.
– Сегодня спрячетесь, – сказала Эмили, подходя ближе к Пегасу. – Пойдем, Пегс. Нужно уходить, пока тебя не увидели.
Пегас тихонько заржал в сторону Дианы, но последовал за Эмили подальше от пруда.
– Пегс? – повторила Диана, следуя за ними. – Уж не послышалось ли мне: ты только что назвала его Пегсом?
Оказавшись под укрытием деревьев, Эмили повернулась к ней:
– Кажется, он не возражает. По-моему, имя милое.
Диана не верила своим ушам:
– Милое? Дитя, понимаешь ли ты, о ком ведешь речь? Пегас – великий скакун Олимпа. Так унижать его – значит заслужить самую суровую кару.
– Конечно, я знаю, кто такой Пегас, – парировала Эмили, поглаживая черную морду жеребца. – Но он также и мой друг.