Охранники окружили Пэйлина, и он рванулся вперед. Ему не стоило больших усилий отбиться: олимпиец расшвырял людей по лаборатории, как тряпичных кукол. Покончив с охранниками, Пэйлин оттолкнул агента Джея, вышел в коридор и побежал в сторону лестницы.
– Он сбежал, он сбежал! Заблокировать все выходы. Повторяю, объект сбежал. Заблокировать все выходы! – орал агент Джей.
Громкая сирена взвыла в каждом уголке здания. Пэйлин оглянулся и увидел бегущих в его сторону людей.
Он сосредоточился на том, чтобы добраться до лестницы. Но стоило толкнуть дверь, как он услышал топот множества ног, бегущих вниз.
– Стой! – послышались приказания. – Стой или мы откроем огонь!
Пэйлин почувствовал жгучие укусы пчел. Взглянув на свою грудь, он обнаружил в ней несколько дротиков. Выдернув несколько, он бросил их обратно в стрелков. Дротики попадали в цель, и люди валились на пол без сознания. Пэйлин быстро смекнул, что его собирались усыпить.
Он продолжал подниматься по лестнице, используя дротики против всех, кто пробовал ему помешать. Но стоило упасть одному человеку, как его тут же заменяли двое новых. Вскоре лестница наполнилась преследователями, которые гнали его снизу и блокировали путь наверху.
– Стоять! – кричали они.
Но Пэйлин не мог остановиться. Он должен был добраться до Пегаса и предупредить жеребца. Прорвавшись вперед, он начал бой с охраной. Но, несмотря на то что олимпиец намного превосходил их в силе, они брали свое числом. Его сопротивление быстро подавили.
Неожиданно мощный удар пришелся по затылку. Пэйлин обернулся и увидел человека, который заносил оружие над головой, чтобы ударить вновь. Но в этом не было необходимости. Мир в глазах Пэйлина начал меркнуть, на него накинулись и повалили на пол.
Глава 17
Дорога до того уголка Центрального парка, где Эмили в детстве играла с родителями, заняла чуть ли не половину ночи. Эмили ехала на Пегасе и старалась хоть как-то направлять группу. Но без фонарика или отсветов городских огней путь был мрачен и обманчив. Вдобавок непрекращающийся стрекот вертолетов все время напоминал об угрозе быть схваченными.
– Ты уверена, что знаешь, куда идти? – спросил Джоэль.
– Не особо, – ответила Эмили. – В последний раз я забиралась в эту часть парка несколько лет назад. Но это должно быть где-то здесь.
Они пробирались через заросли, когда Пегас вдруг остановился. Взгляд его черных глаз устремился вперед, и жеребец начал бить землю копытом. Диана тоже встала. Подняла руку, призывая остальных к молчанию, и прислушалась.
– Впереди кто-то есть, – тихо сказала она, поудобнее перехватывая копье брата и готовясь к битве.
– Эм? – тихонько позвал голос. – Это ты?
– Папа! – ответила Эмили. – Папа, мы здесь!
Ослабев от радости, она потянулась и похлопала Пегаса по шее.
– Все в порядке, Пегс, – сказала она. – Это мой папа.
Забыв о ране, Эмили соскользнула со спины жеребца. Но, приземлившись, тут же упала. Больная нога подвернулась. Отец сразу оказался рядом и поднял ее на руки.
– Ох, Эм, я так беспокоился за тебя!
Эмили обняла его и сразу почувствовала себя лучше.
– Пап, прости, что я сразу не рассказала тебе, что происходит.
– А что происходит? – переспросил отец. – Эм, весь город стоит на ушах! – Он взглянул на перевязанную ногу: – И что с тобой случилось?
– Помнишь ночь большого шторма? – спросила Эмили. – Вскоре после того, как взорвался шпиль на Эмпайр-стейт, Пегаса ударила молния. Он упал на нашу крышу. Так я и получила фингал под глазом. Помогала ему, а крыло случайно выскользнуло и ударило меня.
– Пегас? – повторил ее отец. – Летающая лошадь, о которой я слышал, – на самом деле Пегас из древнегреческих мифов?
– Древнеримских, – поправил Джо-эль, выходя из густой тени. – И это не мифы, все по-настоящему. Я Джоэль, сэр. Друг Эмили из школы.
Они пожали друг другу руки. Джоэль указал на Диану:
– Офицер Джейкобс, хочу представить вам еще одного олимпийца. Диану.
– Диану? Великую Охотницу? – спросил отец Эмили, изучая высокую женщину.
Диана церемонно кивнула:
– Офицер Джейкобс, для меня честь познакомиться с отцом Эмили.
– Можете звать меня Стивом, – ответил слегка ошарашенный полицейский и вновь посмотрел на Эмили: – Я ничего не понимаю. Что здесь происходит? Как и зачем олимпийцы прибывают в Нью-Йорк?
Эмили и Джоэль постарались объяснить все настолько хорошо, насколько умели, пересказав события последних дней вплоть до момента, когда они очутились в парке.