С того дня, как в здание привели новичков, агенты Джей и Оу, похоже, потеряли к нему всякий интерес. Они все реже и реже пытались его разговорить. Бывали дни, когда Пэйлин вообще их не видел. Поэтому у него появилось время, чтобы ускользать из комнаты и искать Диану и Пегаса.
Но, сколько бы Пэйлин ни лазал по длинным лабиринтам вентиляции, он так и не выяснил, где держат других олимпийцев. Он смог обнаружить только комнату Эмили, да и то потому, что она располагалась в том же коридоре, что и его камера, и однажды он услышал, как доктора обсуждают ее случай.
В туннеле перед собой он увидел сандалии Меркурия, отодвинул их в сторону и полез в свою комнату.
– Диана, где же ты? – пробормотал он себе под нос. – Я должен найти тебя.
Говоря это, Пэйлин касался сандалий. Вдруг крошечные крылышки ожили, дрогнули и затрепетали. Пэйлин подпрыгнул и чуть было не закричал, когда почувствовал их прикосновение в тесной клетке вентиляции. Он инстинктивно отшатнулся. Крылышки замерли, вернувшись к обычному неподвижному состоянию. Пэйлин потянулся вперед и осторожно коснулся одной из сандалий. Ничего не произошло. Он еще раз ткнул в нее пальцем. И снова ничего не случилось. Он потянулся вперед и поднял сандалию. Крылья не пошевелились. Тогда он поднял и вторую сандалию. И снова крылья остались спокойными.
– Найдите Диану, – тихо сказал он.
Крылья начали трепыхаться, когда сандалии вернулись к жизни. Пэйлин крепко схватился за них. Но он не был готов к внезапным скачкам в тесном пространстве. Если бы не способность растягивать тело, мощь сандалий разбила бы каждую кость в его теле, когда они развернулись в узкой шахте и потянули его вперед, выполняя команду.
Пэйлина, который едва сдерживал удивленные и болезненные вскрики, повлекло вперед. Едва разбирая дорогу, он с шумом волочился по длинному лабиринту воздуховодов здания. Держался он из последних сил. В какой-то момент сандалии рванули влево. На другом перекрестке свернули вправо. Через секунду они потащили вора к краю длинного глубокого провала.
– Нет, стойте, пожалуйста! – закричал Пэйлин, когда увидел, что затеяли сандалии Меркурия. – Нееееееее…
Без задержек сандалии перевалили через край и ухнули в пустоту. Пэйлин кричал и слышал, как эхо его ужаса носится по бесконечным туннелям. Но сандалии все равно не останавливались. То и дело ударяясь локтями, плечами и коленями о стенки, он продолжал падать.
Строптивая обувь и не думала подчиняться его команде найти Диану. Она пыталась убить его!
Но задолго до того, как показалось дно, сандалии вновь дернулись в сторону. Они нырнули в новое переплетение труб, которые шли от глубокого провала. Наконец они свернули в другой туннель, который заканчивался вентиляционной решеткой.
– Стойте, пожалуйста! – взмолился Пэйлин, прежде чем они врезались в решетку.
Сандалии мгновенно подчинились его команде и замерли. Крохотные крылья сложились и застыли. Пэйлин неподвижно лежал, стараясь восстановить дыхание. Худшая поездка в его жизни. Хуже, чем в тот раз, когда он попросту украл сандалии у хозяина и попытался использовать их. Злые крылатые монстры швырнули его прямо на колонну. Когда он наконец очнулся, то первым делом увидел разъяренное лицо Меркурия.
Но даже тот раз был не настолько ужасен. Тяжело дыша, Пэйлин чувствовал, как рвота подступает к горлу. Перевернувшись на спину, он сделал несколько глубоких вдохов и принудил сердце успокоиться.
Когда в голове прояснилось, вор перевернулся на руки и колени. Прокравшись вперед, он вплотную приблизился к решетке вентиляции. Дыхание перехватило, когда он увидел Диану, лежащую на узкой кровати. Толстые, тяжелые цепи опутывали ее талию. Другие кандалы тянулись от запястий к основной цепи. Судя по тому, что он мог разглядеть, лодыжки тоже были прикованы к цепи на талии. А уже она крепилась к стене за ее спиной.
– Я слышу тебя. Покажись, если осмелишься.
Пэйлин замер. Диана, дочь Юпитера.
Она славилась крутым характером. Не раз он видел, как богиня ставит Геркулеса на колени с помощью острого языка и врожденной свирепости. Нептун, ее дядя, побаивался племянницы и делал все, чтобы оставаться с ней в хороших отношениях. Единственным, кто мог хоть как-то повлиять на нее, был ее брат – Аполлон. Но Пэйлин видел, как он погиб, обороняя Олимп.
Бо́льшую часть своей жизни Пэйлин избегал Диану. Если она знает, что он сделал с Пегасом, никакие цепи ее не удержат.