Сделав глубокий вдох, Пэйлин принялся отгибать один из краев вентиляционной решетки. Покончив с этим, он осторожно высунул голову наружу:
– Диана?
– Пэйлин! – грозно сказала Диана. – Мне рассказывали, что ты прячешься в этом мире. Ты украл узду Пегаса! Жалкий маленький воришка! Ты хотя бы представляешь, что наделал?!
– Пожалуйста, Диана, прости меня, – взмолился Пэйлин, с мучением протискиваясь через крошечное вентиляционное отверстие. Вернувшись в обычную форму, он преклонил колени перед постелью Дианы. – Я знаю, что жестоко ошибался. Мне так жаль. Я просто хотел сделать свою жизнь чуть лучше.
– Украв узду?
Пэйлин кивнул:
– Я подумал, что если заберу ее, а затем верну, то Пегас полюбит меня. И даст мне прокатиться на нем. И тогда все на Олимпе поймут, что я ничуть не хуже вас. Возможно, даже ты зауважала бы меня и увидела бы во мне кого-нибудь, кроме вора. Клянусь, я не хотел ничего плохого.
– Ты сделал это, чтобы заслужить наше расположение? – недоверчиво спросила Диана.
Пэйлин кивнул.
– Я просто хотел стать таким же, как вы, – пробормотал он.
Диана тряхнула головой:
– Маленький, глупенький мальчик. Ты натворил все это только для того, чтобы доказать, что ты не отличаешься от нас? Разве ты не видишь? Ты настолько слеп? Пэйлин, ты олимпиец – такой же, как я, как мой отец. Такой же, каким был мой брат. Мы ничуть не лучше тебя. Но теперь вред, нанесенный тобой, неизмерим. Только ты обрек всех нас на уничтожение.
– Я? Как?! – воскликнул Пэйлин. – Что я сделал, помимо того, что сбежал с поля боя и украл уздечку Пегаса?
Диана яростно вскинула голову:
– Нам нужна эта узда, чтобы сражаться с нирадами.
– Я не понимаю, – беспомощно вымолвил Пэйлин. – Что она может такого, чего не может сам Пегас? Я видел, что его копыта сделали с нирадом. Они держат одного мертвеца прямо здесь. Он умер из-за Пегаса, а не из-за его уздечки.
– Значит, дело не в узде, но в золоте, – сказала Диана. – Я не знала, что Пегас может убить их копытами. Но на Олимпе мы выяснили, что золото его уздечки ядовито для нирадов. Одно прикосновение – и они слабеют. Долгое прикосновение наверняка убьет их. Эта уздечка – наше единственное оружие против нирадов. Но теперь она исчезла. Олимп пал, и мой отец закован в цепи. Возможно, даже убит.
Пэйлин сел на корточки и посмотрел на Диану. За всю их долгую историю он никогда не видел ее такой. Закованной в цепи, лежащей на кровати, с отчаянием, отпечатавшимся в каждой черточке ее тела. Этого он вынести не смог.
– Ты ошибаешься, Диана. Узда не потеряна. Она здесь, в этом странном месте. Мне удалось вернуть сандалии Меркурия. Они способны доставить меня к ней точно так же, как доставили к тебе. Мы все еще можем выковать новое оружие и победить нирадов. Пожалуйста, позволь мне помочь. Позволь доказать тебе и всем остальным, что я нечто большее, чем просто вор.
Диана с грустью мотнула головой:
– Слишком поздно. Эти люди схватили Пегаса. Они стреляли в него. Я видела, как он пал. Возможно, он мертв.
– Нет. Он жив, – сказал Пэйлин. Он пересказал Диане разговор, услышанный в вентиляции в комнате Эмили: – Агент Джей уверял ее, что Пегас жив. И я уверен, что сандалии смогут отнести меня к нему, если мы захотим.
– А Эмили? Ты видел Эмили?!
Пэйлин кивнул:
– Ее комната находится рядом с моей. Но она очень больна. На ее ноге страшная рана. Агент Джей сказал, что она чуть не погибла.
– Нирады добрались до нее, – сказала Диана. – Она и еще один мальчик, Джо-эль, храбро бились с ними, чтобы защитить Пегаса.
– Эта человеческая девочка сражалась с нирадом? – удивленно спросил Пэйлин.
– Это дитя – особенное, – ответила Диана. – Когда мы покинем это место, нужно забрать ее и Джоэля с нами. Они нужны нам, чтобы спасти Олимп.
– Я не понимаю, – сказал Пэйлин. – Как обычные люди могут помочь спасти наш дом?
– Слишком долго объяснять, – сказала Диана. – Но для успеха нам нужны они оба.
Пэйлин тряхнул головой:
– Будет сложно. Этот человек, агент Джей, уже пытал ее, чтобы выведать что-то о нас. И я не сомневаюсь, что он не остановится ни перед чем, чтобы заставить ее говорить.
– Он пытал Эмили? – воскликнула Диана. – Я уничтожу его! – Она оперлась на лопатки и напряглась, пытаясь вырваться из цепей. – Он понятия не имеет, что творит. Без нее и Джоэля мы все обречены! – Богиня старалась высвободить руки, но цепи не поддавались. – Я слишком долго не ела амброзии. Мои силы иссякли, и мне не разбить эти цепи. – Она посмотрела на Пэйлина: – Хотела бы я менять свое тело точно так же, как ты. Уж у тебя бы это не отняло много времени.