Что будет с ее отцом? Где он? Она умрет, а он даже не узнает, что с ней случилось. Что она любит его и сделает то, что собирается сделать, и ради него тоже. Эта боль разрывала ее изнутри.
Глубоко вздохнув, она окинула взглядом Нью-Йорк. Город будет в безопасности. Миллионы его жителей будут спасены и никогда больше не увидят и не услышат нирадов.
– Эй, подождите меня! – раздался позади них слабый дрожащий голос.
– Пэйлин?
Обернувшись, Эмили и Джоэль увидели олимпийца, который пытался догнать их. Он рывками двигался в темном небе: единственная сандалия отчаянно махала крылышками, а сам вор был с ног до головы в крови.
– Пэйлин! – закричала Эмили. – Ты ушел от нирадов!
– Ты в порядке? – спросил Джоэль.
– Нет! – отозвался Пэйлин. – Но жить буду. Вы можете чуть притормозить, чтобы я смог догнать вас? Нирады ранили сандалию, и теперь работает только одна.
Жеребец фыркнул.
– Пегас сказал, что ты можешь держаться за его хвост, – перевела Диана Пэйлину. – Он поможет тебе добраться до дома, но мы должны двигаться еще быстрее, если хотим попасть на Олимп.
В бархатистом сумраке ночи Эмили не могла хорошо разглядеть Пэйлина. Но, когда они добрались до Нью-Йорка, городские огни высветили его глубокие, открытые раны.
– Что они с тобой сделали?! – вскричала Эмили.
– Попытались разорвать на части, – ответил Пэйлин. – Но я умею растягивать свое тело, так что у них ничего не получилось. Хотя, похоже, я сломал множество костей.
– Твоя храбрость не останется без награды, Пэйлин, – пообещала Диана. – Мой отец узнает, что ты сделал для нас.
Прежде чем Пэйлин успел ответить, Пегас заржал, обращаясь к Диане.
– Эмили, Джоэль, – сказала она, – держитесь. Мы входим в Солнечное Течение, ведущее к Олимпу.
– Солнечное что? – спросил было Джоэль.
Но тут их скорость выросла до невозможности. Свет звезд превратился в одно расплывчатое белое пятно. Эмили подумала, что такие эффекты используют в научно-фантастических фильмах. Но они не были в фильме. Все происходило на самом деле.
Оглянувшись, она увидела, что Пэйлина, отчаянно цепляющегося за хвост Пегаса, почти волочет по потоку света. Единственная сандалия хлопала крошечными крылышками, чтобы поспеть за жеребцом, и вслед ездокам неслись крики ужаса олимпийца.
Что действительно поразило девочку, так это Пегас. Он по прежнему размеренно взмахивал крыльями. Что будет, если он остановится? А еще Эмили задумалась, как Диана попала на Землю без крыльев?
В водовороте мыслей девочка на секунду забыла о собственной мрачной судьбе. Но, когда Пегас замедлился, а размытые огни вновь превратились в мерцающие звезды, она почувствовала, как вернулся страх.
Впереди, недалеко, Эмили увидела нечто похожее на вершину горы, залитую солнечным светом. Из мерцающей бархатистой темноты ночи они перенеслись в прекрасный солнечный день. Небеса отливали сверкающе-голубым – почему-то намного более ярким, чем на Земле, – а вокруг проносились густые пушистые белые облака. Пегас летел сквозь них, и сладкая влага оседала на губах Эмили.
Все ниже и ниже. Вскоре под ними раскинулись пышные зеленые поля. Гора вырастала прямо из травы. Эмили поняла, что они направляются прямо к ней.
– Это – гора Олимп? – спросила Эмили Диану.
– Здесь все Олимп, не только гора, – ответила Диана. – Хотя мы и живем наверху.
– Прямо как в мифах, – добавил Джо-эль, жадно оглядываясь по сторонам. – А есть здесь гора Геликон, на которой живут музы?
– Да, – ответила Диана. – Именно там нирады ворвались в наш мир. Музы стали первыми пленницами, и Геликон пал первым.
Когда они приблизились к горе, Эмили попыталась осмотреть обитель олимпийцев. Издалека она заметила огромные строения из сияющего белого мрамора. Но вблизи оказалось, что все они разрушены, разграблены и уничтожены.
– Это сделали нирады? – спросила она.
– Да, и это еще не самое страшное, – ответила Диана.
Эмили и Джоэль посмотрели вниз, на руины Олимпа, и наконец поняли, за что они сражаются. Прежде чем его разрушили нирады, этот мир был самым прекрасным местом, какое только можно себе вообразить.
Они летели над местностью, которая прежде была густо населена, но теперь здесь громоздились только горы щебня. Более того, к своему ужасу, Эмили начала различать в обломках тела мертвых олимпийцев. Как бы ни тяжело было видеть мертвые тела в здании на Говернорсе, здесь всё выглядело гораздо хуже. Среди погибших встречались люди всех возрастов, включая детей, и странные животные. Они неподвижно лежали среди обломков.