Аполлон лениво усмехнулся, скрестив руки на груди.
— Я всего лишь немного развлечься решил, — его тон был насмешливым, будто он не понимал всей серьёзности ситуации.
Геката сжала пальцы в кулаки.
— Развлечься? Ты использовал силу, даже если и скрытно! Эти люди не глупы, они почувствовали, что ты не такой, как они. Они начнут задавать вопросы.
Аполлон наклонил голову, словно разглядывая её реакцию с искренним интересом.
— И что же? Пусть задают. Неужели ты всерьёз думаешь, что какие-то смертные в жалкой деревушке смогут нас разоблачить?
Геката шагнула ближе, её глаза сверкнули в лунном свете.
— Они не должны даже заподозрить, кто мы. Ты сам знаешь, что слухи распространяются быстрее ветра. Сегодня — один подозрительный случай, завтра — странная история, а потом о нас узнают те, кому знать не положено.
Аполлон пристально посмотрел на неё, а затем ухмыльнулся и наклонился чуть ближе, понижая голос.
— Ты боишься?
Геката вздрогнула, но не отвела взгляда.
— Я осторожна, — резко ответила она.
Он на мгновение замолчал, изучая её лицо, словно пытаясь разгадать что-то. Затем, вместо очередной шутки, тяжело выдохнул и провёл рукой по волосам.
— Ладно, ладно. Я не стану привлекать к себе лишнего внимания.
Геката нахмурилась.
— Ты мне уже говорил это раньше.
— И почти сдержал слово, — Аполлон ухмыльнулся, но, встретив её ледяной взгляд, вздохнул. — Хорошо. Клянусь, больше никакой магии.
Она внимательно посмотрела на него, пытаясь понять, насколько его слова правдивы. Затем медленно кивнула.
— Нам нужно уходить отсюда, пока они не решили нас искать.
Аполлон бросил взгляд в сторону деревни, где ещё слышались приглушённые голоса. Затем посмотрел на Гекату и вдруг, с почти детской непосредственностью, улыбнулся.
— Веди, богиня тьмы.
Глава 4.
На следующее утро боги снова заняли свои места на скамейке напротив дома Александра. Ночь им пришлось провести за пределами деревни, скрываясь от разъярённых воинов, которые искали нарушителей. Геката, благодаря своей связи с вороном, могла наблюдать за смертным издалека, удостоверяясь, что он не покидал дом.
Прежде чем войти в поселение, она взмахом руки материализовала плащ и спрятала лицо под капюшоном. Так ей было спокойнее, привычнее оставаться в тени. Аполлон лишь усмехнулся, но ничего не сказал, словно привык к её стремлению к уединению.
В этот момент взгляд богини упал на мужчину, приближавшегося к дому Александра. Это был тот самый воин, с которым Аполлон накануне «играл». Он постучал в дверь, и через мгновение ему открыл Александр.
Аполлон напрягся, пристально изучая смертного. Теперь он мог разглядеть то, ради чего затеял всю эту игру. Внутри Александра, подобно слабому пламени, теплилась древняя сила. Та самая, с помощью которой он надеялся обрести могущество, достаточное для того, чтобы свергнуть Зевса с трона. Но сейчас, под взглядом Гекаты, он держался сдержанно. Любая оплошность могла разрушить их сделку.
Александр впустил воина внутрь, и вскоре они вышли вместе, полностью экипированные. У каждого на поясе висел меч, воин был облачён в прочные доспехи, а Александр ограничился защитой торса и плеч. За их спинами висели дорожные мешки. Они приглушённо переговаривались, и, хотя слов было не разобрать, Геката уже знала их намерения.
— Они отправляются на бой с пирокентавром, — тихо сказала она, не отрывая взгляда от мужчин.
Аполлон лишь склонил голову набок, наблюдая за смертным с хищной ухмылкой.
Геката потянула его за собой, и они неспешно пошли следом. Она подняла взгляд к небу, где парил её ворон. Мысленно призвав его, она велела следить за Александром. Ворон резко каркнул и устремился вниз, ловко скользя в воздухе.
— О, твой ворон, — заметил Аполлон, провожая птицу взглядом. — Он всегда был рядом с нами?
— Он всегда рядом со мной, — холодно отозвалась богиня, давая понять, что не намерена это обсуждать.
Когда воины покинули деревню, к ним присоединились их соратники, в том числе те, кто устроил беспорядки прошлой ночью. Геката поджала губы. Теперь приблизиться к Александру было невозможно — их слишком легко было узнать.