Воздух сгустился. Аполлон чуть наклонил голову, наблюдая за ней. Геката сжала пальцы на подлокотнике своего стула, похожий на трон. Ей не получалось успокоиться. Что нужно сделать такого, чтобы они передумали?
— Если я откажусь?
Зевс улыбнулся.
— Тогда ты падёшь вместе с ним.
Глава 2.
После того, как Зевс сообщил о смертном, званый ужин прошёл напряжённо. Геката сидела за столом, не вникая в разговоры. Арес, как самый ярый противник смертного, буравил её взглядом, явно ожидая ответа, реакции, хоть какого-то намёка на то, насколько ситуация выходит из-под контроля. Но Геката не обращала на него внимания, лишь смотрела в бокал с вином, словно гипнотизируя алый вихрь жидкости.
Ей нужно было срочно придумать план. Срочно вернуться в Подземное царство, призвать ворона и проследить за смертным. Что он такого сделал, что его заметили боги, которые веками не обращали внимания на людей? Нужно было сразу подумать о нём, когда она почувствовала надвигающуюся беду, но она решила подождать. И вот к чему это привело.
Геката сжала челюсти, сидя в напряжении. Она не смотрела в сторону Зевса, но отчётливо слышала его голос, который звучал ровно, властно, как нечто, не допускающее возражений. Но даже он, даже верховный бог, не скрывал беспокойства.
Во время тихой беседы с Афиной Аполлон краем глаза следил за Гекатой. Королеву ведьм — так ее привыкли называть. Мрачная, загадочная, отстраненная. Он не верил, что она действительно во благо захотела сохранить жизнь этому смертному. Аполлон чувствовал ложь так же, как чувствовал тепло солнечных лучей на своей коже, — интуитивно, безошибочно.
Но что, если это не ложь?
Он задумчиво провел пальцем по краю золотого кубка. Нет, Геката могла не знать подробностей, но она точно не могла не чувствовать, не предвидеть, не замечать знаков. Она что-то скрывает. И Аполлону это не нравилось.
Ему хотелось уйти как можно скорее и расспросить богиню о смертном. Но пока Зевс не отпустит их, нельзя было вставать из-за стола и покидать пиршество. Это раздражало.
Еще больше раздражало то, что никто из богов никогда не осмелился оспорить волю Зевса. Они подчинялись ему, как всегда, принимая его решения как нечто незыблемое. Даже если он был готов убить бога. И Аполлон подчинялся. Пока.
Но ему нужна была сила. Та, что находилась в смертном. Та, что могла сгубить Зевса, если он первый ее получит. Первой преградой стала Геката.
Как только Зевс отпустил их, Геката молча встала из-за стола, склонила голову в знак уважения и быстрым движением накинула капюшон. Ей нужно было как можно скорее покинуть это место.
Свежий воздух Олимпа был ей чужд, слишком чистый, слишком пропитанный солнечным светом. Это место давило на нее, не давая дышать. Но даже здесь она могла найти укромное место, чтобы собраться с мыслями.
Она остановилась на длинном белоснежном мосту, протянувшемся над облаками. Внизу простирался мир смертных, скрытый пышной пеленой, сквозь которую пробивались огни городов.
Геката тихо позвала ворона. Он так и кружил неподалёку, наблюдая за происходящим снаружи. Теперь же он бесшумно опустился ей на плечо, мягко сжав когтями плотную ткань плаща.
Она провела рукой по его голове, мысленно обращаясь:
— Лети в мир смертных и найди того, кто встревожил богов.
Ворон каркнул в знак согласия и взмыл вверх, скрываясь в облаках.
Геката сжала пальцы, глядя ему вслед. Она совершила ошибку, оставив смертного без присмотра, надеясь, что его сила не пробудится. Больше она такой ошибки не допустит. Ни Зевс, ни другие боги не должны узнать о его прошлом.
Позади раздались шаги.
Аполлон.
Он вышел сразу же, как только пиршество закончилось, но не спешил подходить. Он прислонился к колонне, наблюдая за ней с присущей ему ленивой уверенностью.
Другие боги тоже начали покидать зал, громко обсуждая новости. Но он подождал, пока они отойдут на достаточное расстояние, прежде чем оттолкнуться от колонны и направиться к Гекате.
— Не знал, что у тебя есть питомец, — заговорил он, скрестив руки на груди. — Хотя я ожидал, что тебя будут окружать как минимум адские псы.
Геката закатила глаза, не удостоив его ответом.