Члены Совета Господ с осуждением посмотрели на купца. Кто-то даже с сочувствием.
— Княже, тише, — поднял руку Агний. — Я лишь пытаюсь успокоить волнения.
Бористей, поглаживая длинную седую бородку, всё ещё мрачно смотрел на Велеса.
— Мы не справимся, — недовольно процедил он.
— Мы не справимся, когда Ройны, собрав огромные силы, придут к нашим воротам! Мы не справимся, если будем сидеть здесь, как напуганные мыши, и ждать этого часа! — выкрикнул князь. От речей саднило горло, и он залил его прохладной березовицей. — Когда-то мой славный прадед явился на эту землю со своим войском. Он был не первым, и все его предшественники ушли отсюда с пустыми руками, ведь проклятые Ройны, словно рой озлобленных ос, гнали всякого с этих земель. В те темные времена ходили легенды, будто Ройны способны одолеть любое войско. Что они благословлены Темными Богами, и силы их нескончаемы… — князь сделал паузу. — Но Велеслав Креславович плюнул на этот вздор. Он взял в руки меч и повёл своё войско в глубины поселения Ройнов. Потому, братья, сейчас здесь стоит Соколия! Потому сейчас здесь живём мы, а не эти грязные дикари! Если б только мой прадед уничтожил их с головой… Но нет, остатки Ройнов сбежали и прятались долгие годы, пока сила их крепла. Мой дед пытался предотвратить напасть, но другие беды свалились на его голову. Чума и Содды преследовали Соколию в ту пору и заставляли забыть о Ройнах. Мой отец не успел дотянуться своей справедливой рукой до варварских голов. И потому сейчас они так сильны и так близки! И если мы, подобно нашим предкам, закроем глаза и будем ждать, то Соколия снова станет землей Ройнов! Однажды мы почти уничтожили их, а значит, сможем и снова! С нами Род всемогущий и Перун-громовержец и в наших жилах течёт благословленная кровь!
Велеслав хотел добавить, что Ройнам покровительствуют лишь тёмные и лживые Боги, но его снова перебили:
— А с ними Моровая Дева и Сумрак, — сказал Агний со слащавой улыбкой. Кто-то из Совета тихо хихикнул, но Велеслав от возмущения не различил голоса.
Тут двери гридницы со скрипом отворились и в зал вошёл Хвост. Сегодня посадник опоздал, поэтому совет начали без него.
— Прошу простить, задержался, — вежливо сказал мужчина и сел за стол рядом с князем.
— Я лично поимею и зарежу эту Моровую деву! — вернувшись к теме, воскликнул с раздражением князь. Ему хотелось снести голову пьяному купцу, что нагло перебивал его уже второй раз.
На собраниях Совета Господ Велеслав часто злился. Его люди то пропускали слова правителя мимо ушей, то смели перебивать и перечить ему. Прадед Велеслава точно не терпел подобного пренебрежения! Но времена сменились, и нынче Совет укрепился так сильно, что смел указывать князю и брать власть над его словами и действиями. Велеслав чувствовал, что еще несколько лет — и он станет безвольной куклой мерзких стариков, что уже ни во что его не ставили. Пламеннокровного князя это душило. Он хотел это изменить. Он хотел стать таким же правителем, как Велеслав Креславович, чтоб его слушали и внимали, страшась кашлянуть. И чтоб любое слово становилось указом, который боятся осудить и нарушить.
— Я слышал, она такая страшная — эта Моровая дева. Как сама смерть. Оттого и прозвище у нее такое… — перебил возмущение Велеса Хвост.
— Говорят, девка эта — хороший воевода, — недоверчиво произнес один из бояр. Черноволосый старик с густыми усами и темными глазами. Мореслав.
— Какой вздор, не может баба быть хорошим воеводой, — фыркнул Велеслав. — Известно, что тёмные силы с ней, диким божеством дарованные. Потому она до сих пор не полегла на поле битвы. До встречи со мной, разумеется.
Они не так много знали о воеводах Ройнов. Самыми известными были Сумрак и Моровая дева. Разведка сообщала, что они, вероятнее всего, приходятся друг другу братом и сестрой. На поле боя появлялись ещё три неизвестных воеводы. Власти Соколии не знали даже их прозвищ. Двое — уродливые безволосые мужчины, а третий, черноволосый, имел шрам на пол-лица.
— Мы не знаем, сколько всего воевод у Ройнов, — озвучивая мысли Велеса, проговорил Агний. Одновременно он поправлял рукой свои спутанные русые волосы. — Нам скудно знакомы лишь пять, а их может быть куда больше…
Велеслав снова похмурел.
— Хоть сотня, — процедил напряженно князь. — На нашей стороне Перун. В Соколии лучшие ремесленники, что делают крепкое оружие да надёжную защиту. Ройны не знают порядка, строя, они даже не носят кольчуг! Ройны — грязные дикари, сношающиеся со своими волками! Преимущества на нашей стороне, мы — те, кто должен одержать победу!
— И всё же, князь, подумайте. Мы рискуем потерять людей и ничего не добиться, — сказал волхв. Лицо его одеревенело в осуждении и недовольстве.