Словно укол ледяного воздуха, в комнату ворвался еще один мужской голос:
— У меня.
37
Поэт
Тишина ледяной коркой сковала шатер. Мужской силуэт заполнил дверной проем, его голова почти касалась верхнего косяка. Волокна его мехового плаща топорщились, словно иглы, на фоне заходящего солнца, а темно-синие волосы лавиной спадали на плечи.
Один раз. Только в этот единственный раз я позволил ему превзойти мое эффектное появление.
Должно быть, Эйр отошел в сторону, потому что Джерин твердым шагом вошел в комнату с выражением лица, высеченным из камня. В отличие от Риза, чьи эмоции прожигали дыру на его лице, Принц Зимы не выказывал подобной уязвимости. Он мог бы застукать нас за обсуждением погоды, планированием его убийства или оргией, и я сомневался, что его лицо хоть как-то изменилось бы. Это был его козырь, и, черт возьми, не могу сказать, что в данный момент меня это бесило.
Загар стек с лица Риза, словно краска, сменившись призрачной бледностью. Пока у всех остальных хватило присутствия духа поприветствовать Зиму, Лето просто растекся по своему стулу. Он быстро съежился на сиденье, а затем, опомнившись, снова приподнялся, словно птенец, готовый наложить в набедренную повязку.
— Ваше Высочество, — пролепетал он. — Я не… я не осознавал… что вы здесь.
— Я помешал? — невозмутимо поинтересовался Джерин.
Базил вопросительно посмотрел на Авалею.
— Помешал?
— Нисколько, — ответила королева, жестом приглашая Джерина пройти вперед. — Его ждали.
Это мгновенно приковало к себе внимание Риза. Зиму ждали на этом совете, и все же этот лицемер никогда не опаздывал. Тем не менее, я не собирался жаловаться, особенно когда инстинктивная реакция Риза достигла своего апогея.
С каких это пор Зима добровольно участвует в частных встречах с Осенью?
Я воспользовался шоком Лета.
— И какие же птички напели тебе об отравлении?
Риз из пепельного стал цвета фуксии. С точки зрения постороннего, он не мог узнать об отравлении так быстро. Если только кто-то, посвященный в этот инцидент, не отправил ему птицу-посыльного, поскольку хищные птицы Осени летали с головокружительной скоростью.
Это подразумевало несанкционированных посланников. Самих убийц, например.
Мягко говоря, Риз не ожидал, что мы выведем его на чистую воду. Мы разоблачили Мастеров как шпионов, а он намекал нам с Бриар, что у него по всему континенту разбросаны и другие приспешники. К его несчастью, этот человек не ставил на то, что мы раскроем это и тем самым рискнем вступить в конфронтацию с Весной и Зимой.
Говоря о Зиме, информаторы короля, должно быть, доложили ему о присутствии Джерина. Жил ли он в замке или нет, караван черных карет, едущих сквозь слякоть по нижнему городу, было трудно не заметить. Эта пикантная подробность могла легко попасть в послание.
Сделав очевидный вывод о цели визита Зимы, Риз, очевидно, за несколько часов собрал сундуки и отправился по океану, используя быстроходные корабли Лета, чтобы добраться сюда в рекордно короткие сроки. Должно быть, он решил, что Зима вылечил Бриар и затем уехал. Но чего этот еблан не предвидел — потому что никто бы никогда не предвидел — так это того, что Джерин задержится дольше положенного. Именно это и было причиной отвисшей челюсти короля.
Отсюда следовало: в качестве альтернативы убийству Риз планировал монополизировать контроль над выздоровлением Бриар перед Весной. На что он не рассчитывал, так это на нашего второго засидевшегося гостя.
Раздумывая, стоит ли отвечать на мой блеф, Лето пришел в себя достаточно, чтобы уклониться от вопроса и сквозь зубы выдать логическое объяснение:
— Зима и ее медицина. — Он посмотрел на Джерина с обновленной самоуверенностью, высокомерие короля медленно возвращалось. — Она полностью здорова, так что я не могу взять в толк, что удерживает вас в Осени.
Принц неспешно подошел к столу. Цепи, украшавшие его штаны, загремели, словно рассыпанные кости.
— Дружеское общение.
Лето опешил.
— Простите?
Мой язык не удержался и произнес по буквам:
— Д-Р-У-Ж-Е…
Кулак Риза обрушился на стол, сотрясая мебель.
— Отъебись, дьявольский кусок дерьма!
Жизель поджала губы, сдерживая веселье. Фатима разинула рот, а Базил в недоумении захлопал ресницами.
Как и я, принц даже глазом не моргнул.
— Напротив, Лето. С момента моего прибытия я весьма проникся симпатией к принцессе и шуту.
Проникся нами. Не сказать, что ложь. Если отбросить семантику.