Двери снова открылись. Дамы проворно прекратили свой танец и поскакали к столу, скрывая веселье.
Следом за ними в столовую вошла Авалея. Нику семенил рядом, сплетя свои пальчики с пальцами королевы.
Осуждающее выражение на лице Бриар растаяло, и ее губы растянулись в улыбке. Мой взгляд прикипел к Нику; вид того, как он свободно передвигается по замку — благодаря системе лент — наполнил мою грудь теплом.
Небольшой рост моего сына был нетипичен для его возраста, поэтому ему приходилось вытягивать руку сильнее обычного, чтобы держаться за Авалею. Но когда он увидел остальную компанию, жизнь изменила курс. Его глаза широко распахнулись от ликования, и он принялся атаковать всех объятиями.
Члены нашей группы души в нем не чаяли, каждый подзывал Нику к себе и косвенно боролся за его внимание. Я упивался зрелищем того, как тепло встречают моего сына, как лица всех озаряются при взгляде на него, словно в комнату только что вошло само солнце. У Нику был дар очаровывать. Среди этого клана он был полноправным участником и источником восторга.
В какой-то момент Каденс подперла подбородок ладонью и задумчиво произнесла:
— И что же нам делать дальше?
Леди и менестрель заколебались. Базил и Фатима простили им смену верности в пользу Осени и пригласили их обратно в Весну. Корона хотела, чтобы ее прославленный менестрель вернулся, а женщины изначально были частью свиты Фатимы, и отказ стал бы оскорблением. Если только у них уже не было действующего контракта в этом королевстве.
Бриар замялась, взглянув на меня и свою королеву в поисках поддержки. Когда мы кивнули, принцесса одарила дам и своего лучшего друга задумчивой улыбкой.
— Это ваш выбор, конечно. Но, эм… — Робость проскользнула в ее чертах. — У нас есть вакантные должности послов Весны. И этому двору не помешал бы официальный менестрель.
Еще секунду назад леди выглядели подавленными. Теперь их лица сияли от возбуждения, хотя они изо всех сил сдерживали рвущийся наружу визг.
Должности послов позволят им жить здесь, но часто бывать в Весне, давая возможность путешествовать между Сезонами, уезжать и возвращаться, когда им заблагорассудится. И если Элиот захочет присоединиться к леди во время их поездок в Весну, он сможет путешествовать с ними как знаменитый бард, неся наше послание гуманности через свою музыку. Более того, это предлагало группе более значимую роль в этом крестовом походе.
— Похоже, теперь у нас вместо одной работы целых две, — просияла Вейл.
— Две? — удивилась Бриар.
— Вы же не думаете, что мы планируем перестать быть вашими фрейлинами? — настояла Пози.
— И оставить ее на милость осеннего кружка? Вряд ли. — Каденс фыркнула, а затем искренне улыбнулась Бриар. — Вы застряли с нами, Ваше Высочество.
Удовольствие вспыхнуло на лице принцессы.
— Я буду только рада.
Мгновение спустя низкий голос Элиота ответил:
— Вы знаете мой ответ.
Его ухмылка говорила сама за себя. Взволнованный, я наблюдал, как Бриар и ее лучший друг потянулись через стол и сжали руки друг друга.
Элиот беззвучно произнес: Монарх.
Бриар сглотнула и ответила: Менестрель.
Она рассказывала мне о своем плане отплатить Каденс и Элиоту за то, что они остались на ее стороне в Затерянных Домиках на Деревьях. Но, хотя они не считали Бриар своей должницей, она стремилась дать друзьям что-то взамен. Их новые ранги дарили им возможность называть оба Сезона своим домом.
По просьбе Нику Элиот достал из угла свою лютню и наиграл мелодию. Голос моего сына разнесся по залу, его звонкий тенор заставил отвиснуть не одну челюсть, и все были заворожены его пением.
После этого присутствующие зааплодировали. На что Нику сделал кое-что нехарактерное для него. Смущенный румянец залил его щеки, так что он подбежал ко мне и уткнулся лицом мне в плечо.
Посмеиваясь, я погладил его по спине и пожал плечами, глядя на позабавленную группу.
— Никогда не говорите, что этот шут баловал своего сына тщеславием.
Пока мы уплетали еду, Пози склонила голову.
— Строки, которые он пел. Я узнала слова, но не могу сказать, откуда они.
Каденс рассеянно махнула вилкой, продолжая жевать.
— Это из вчерашнего разговора с ним. Когда Нику спросил, почему в Осени листья меняют цвет.
— Точно, — воскликнула Вейл, а затем сказала Нику: — А у тебя хорошая память, малыш.