Я склонил голову.
— До встречи, Кто-то.
Снова бросив враждебный взгляд на Эйра, девушка развернулась. Затем она остановилась и оглянулась через плечо, складки ее капюшона трепетали на ветру.
— Аспен, — сказала она. — Вы можете называть меня Аспен.
Ах. Это подходило ей куда больше.
Поскольку однажды я уже предлагал поделиться своим настоящим именем с этой девчонкой, я сделал шаг, чтобы ответить, но она подняла ладонь, останавливая меня.
— Не-а. Мне нравится, когда секреты остаются секретами.
Это я понимал. Через несколько секунд после того, как Аспен нырнула в толпу, Эйр издал раздраженный звук:
— Дерзкое создание.
И слава ебаным богам. Я рассмеялся, как мудак, когда рыцарь зашагал в противоположном направлении, к нашему клану, расправив плечи, словно ему было что доказывать.
Мои губы дрогнули, и я повернулся, чтобы присоединиться к ним. Затем моя походка застопорилась, мое дыхание застопорилось, и всё застопорилось. Сквозь костры и массу танцующих тел в поле зрения шагнула фигура, и свет огня обрисовал длину ее ниспадающих красных волос.
На ней было медное платье с квадратным вырезом, лифом-корсетом и широкой, расклешенной юбкой. Классический силуэт заканчивался стегаными рукавами-крылышками и мел пол. Вместо маски ее голову венчал лавровый венок из ржавых и бронзовых листьев; среди листвы виднелись шипы, а из этого сплетения выглядывала роза, которую я ей подарил.
Корона, которую она сделала сама для себя.
С алым браслетом, золотой и коричневой листвой, нарисованной полумесяцем вокруг одного глаза, и распущенными локонами, за исключением единственной свисающей косы, эта женщина была не просто дочерью Осени или принцессой этого двора.
Нет. Она была самой Осенью.
— Бриар, — прохрипел я.
Тысяча других слов умерли на моем языке. Тысяча неистовых ударов сердца пробили дыру в моей груди.
Всемогущие, блядь, Сезоны. Мои ноги приросли к кирпичам, не в силах сдвинуться с места, когда ее взгляд проплыл сквозь толпу и прикипел к моему.
Хор ахов и охов прокатился по толпе присутствующих. Они кланялись, делали реверансы, бормотали «Ваше Высочество», а затем возвращались к веселью.
Всё это время наши взгляды не отрывались друг от друга. Она стерла расстояние между нами, опьяняя меня ароматом терпких яблок.
Ее кадык дернулся, веснушки заплясали на коже ее шеи.
— Шут.
— Принцесса, — прохрипел я, подбираясь ближе, пока наша одежда не соприкоснулась.
Мы стояли так, завороженные, пока люди кружились и пели вокруг нас. В какой-то момент крики разрушили эти чары. Каденс, Пози и Вейл улюлюкали. Элиот и Нику свистели, клан подзывал нас, в то время как Эйр просто ухмылялся, а Авалея материализовалась с ностальгическим выражением лица.
Развернувшись и шагая спиной вперед, я сложил пальцы лодочкой, маня Бриар к себе.
— Сможешь справиться со мной, сладость?
Вздернув подбородок, принцесса бросила на меня дерзкий взгляд.
— Давай выясним.
Мы с головой погрузились в это, отрываясь по полной вокруг костра. Спиралью переходя от одного огня к другому, я наблюдал, как принцесса порхает от партнера к партнеру, топая каблучками в такт гулякам, покачивая бедрами с леди и королевой, сплетая руки с Элиотом и Эйром, и кружа Нику в воздухе.
Затем, когда мы снова вернулись друг к другу, и ее пальцы сжимали пальцы Нику, мой сын свободной рукой указал вверх:
— Мама, смотри.
И во второй раз за эту ночь я замер. Бриар застыла рядом со мной, ее взгляд был прикован к Нику.
Он сказал…
Он назвал ее…
На мгновение глаза принцессы скользнули к моим. Не так давно она настаивала на том, что Нику должен иметь право выбора. Как бы сильно она ни жаждала услышать это слово, она хотела дать ему эту власть, чтобы он сам принял решение, чтобы перестал быть моим сыном — и стал нашим сыном.
— Мама? — Нику заметил блестящие зрачки Бриар, замешательство прорезало его черты. — Ты собираешься пойти дождем?
Собиралась ли она плакать?
Принцесса снова перевела взгляд на него и сглотнула.
— Не сегодня, — прошептала она.
Нику засиял и указал:
— Смотри.
Наверху фонари сияли пламенем разных цветов, указывая ему путь. Мы установили это освещение для Праздника Жнеца: оранжевый след вел домой, в замок.
Леди, королева и рыцарь увлекли нашего сына в очередной танец. Элиот взял свою лютню и неспешно пошел через площадь, где на полпути его встретил тот самый дворянин. Бриар улыбалась, окрыленная этим зрелищем.