— Я не знаю, что делать, — хрипло призналась Бриар.
Я ответил грубо, ее признание вогнало кровь в мой пах.
— Я помогу тебе.
И я помог. Тихим, чувственным тоном я проинструктировал ее, как обращаться с игрушкой, где раздвинуть меня пошире и как глубоко проникать в мое отверстие. Неудивительно, что моя прилежная наследница схватывала все на лету.
Бриар опустила пальцы между моих ягодиц и смазала меня шелковистым маслом, затем положила одну руку мне на бедро и прижалась вплотную к моей спине, касаясь моей кожи сосками. Вот так она и держалась — близко и в тесном контакте, словно хотела почувствовать ту же стимуляцию. Наклонив кончик, принцесса направила предмет между моих половинок, его обхват раздвинул меня.
Я застонал, вспоминая это чувство. Наклонив задницу, я мягко толкнулся назад, погружая инструмент глубже в себя; удовольствие затрещало по моим мышцам.
Бриар поняла суть, с каждым движением проталкивая импровизированный хуй все глубже и глубже. Я наклонил голову вперед, согнулся еще сильнее и начал двигать ягодицами; мои стоны звучали в такт каждому удару предмета.
Тихий скулеж сорвался с ее губ.
— Ты так прекрасен, — похвалила она.
Я был прекрасен во всех отношениях, но дерзкий ответ умер на моем языке. Вместо этого вырвалось шипение, и моя спина выгнулась дугой, когда она проникла в меня по самую рукоять. Да. Блядь.
В зеркале мы смотрели друг на друга, смотрели, как Бриар трахает меня сзади, смотрели, как дергается мой член, и смотрели, как на нем выступают капли спермы, когда ее свободная рука обхватила ствол. Ломаные звуки заполнили гардеробную — ее стоны и мое рычание, — пока она работала со мной с обоих концов, выкачивая кровь из моей эрекции своими пальцами и двигая игрушку внутрь и наружу из моей задницы.
Принцесса входила и выходила, увеличивая глубину проникновения и выходя на самый край. А я всё это время вращал тазом, отвечая на её толчки.
Было ли это по-другому с мужчиной? Да.
Было ли это по-другому с этой женщиной? Больше, чем с кем-либо.
Она делала так, что это было изысканно больно. Она проникала глубже, дольше, жестче. Она трахала так хорошо, что я чувствовал это кожей головы.
Ее рука двигалась, как поршень, на периферии моего зрения. Ее тяжелые выдохи обжигали мою спину.
Мои ладони уперлись в зеркало, мурашки пробежали по члену, и сорванный рев вырвался из моего горла. Будь еще раз проклята эта принцесса. Впервые в моей греховной жизни меня надолго не хватит.
Моя, блядь, очередь.
В залитом лунным светом ряду пшеничных стеблей я жестко занимался с ней любовью. Поля дрожали, высокие колосья обрамляли нас со всех сторон. Загнанная в угол, Бриар впечатывала колени и ладони в клетчатое одеяло. Она стояла на четвереньках и подавалась назад, подставляя свою голую задницу моему члену.
Тафта и кожа были разбросаны по земле. Кинжалы и шипы из косы усеивали этот участок. Обнаженная тень принцессы металась по земле и сливалась с моей, пока я нависал над ней.
— Расслабь мышцы, сладость, — прошептал я в раковину ее уха.
Принцесса кивнула и расслабила суставы. Потребовалась не одна предыдущая возня, чтобы подготовить ее ко мне. Несмотря на ее намеки после нашего восхитительного сеанса в моем шкафу, она нервничала. Но это изменилось, когда я вымассировал дрожь из Бриар и дразнящими ласками заставил ее тело подчиниться.
Мои губы скользили по ее позвоночнику. Мой рот оставлял чувственные поцелуи на ее плечах. Мой язык проникал в ложбинку на ее шее.
Когда я обрисовывал соски принцессы, она хныкала. Когда я вычерчивал линию ее складочки, она становилась податливой и впадала в бред. И была так готова к своему шуту.
Проводя своим твердым членом по щели между ее ягодицами, я пробормотал:
— Ты мне доверяешь?
Она ахнула, покачивая этой роскошной попкой и ища трения.
— Я всегда тебе доверяю.
Довольное гудение зародилось в моем горле. Какой прекрасный ответ.
Я растер вход Бриар тем же шелковистым маслом, которое она использовала на мне, а затем мягко подтолкнул ее задницу вверх. Мои ладони обхватили ее бедра, а колени впились в землю; я любовался этой женщиной — ее распластанным, потрясающим телом.
Мой член ныл, стоящий и нацеленный. Сзади я подвел твердую плоть вверх, между ее бедер, пристраиваясь к этой тугой дырочке.
Тихий вскрик Бриар превратился в тяжелый стон. В то время как я изо всех сил пытался сдержать рычание, чтобы плавно войти в нее и не взорваться резкими движениями. Адское пекло, но эта женщина ощущалась божественно.