Держа сына одной рукой, второй вцепилась в него и уткнулась лицом ему в грудь.
– Ты в порядке? – выдохнул он, одной рукой обняв меня за талию, а другой – за шею. Джаред хныкнул между нами.
Я кивнула, поцеловав ребенка в макушку.
– Уже да.
Джейс приподнял пальцем мой подбородок и нежно поцеловал в губы.
– Ты был великолепен, – прошептала я напротив его рта, почувствовав легкую улыбку парня.
– О, тебе понравилось, хм?
Слабо засмеявшись, я перехватила сына поудобнее.
– Я думала, что ты просто избалованный яппи. В суде ты такой же?
– О, нет. – Он чмокнул меня в лоб. – Там наблюдателей много. Но тебе лучше не сталкиваться со мной на деловых обедах. Вот где я страшен.
– Не сомневаюсь.
Подойдя к задней двери, Джейс включил свет на веранде и проверил замок.
– Я провожу тебя наверх. – Он вывел меня из кухни. – Мы поместим колыбель Джареда в твоей комнате до тех пор, пока я не установлю здесь сигнализацию.
Джейс запер парадную дверь, затем поднялся на второй этаж, где закрыл все окна и перенес в мою спальню кроватку Джареда. Все это время я качала сына на руках. В итоге он перестал плакать и крепко уснул. Его веки периодически подрагивали, как будто он видел плохой сон. Я не знала, мучают ли детей ночные кошмары, но мне хотелось стереть из памяти Джареда девять последних месяцев. Теперь он будет счастлив.
Погладив пальцем ручку малыша, увидела красные следы, оставшиеся в тех местах, где Томас его схватил, и крепче прижала к себе. Отец больше никогда тебя не тронет.
Вернувшись в комнату, Джейс снял пиджак, положил его на кровать, словно всегда так делал, потом подошел ко мне. Я стояла и смотрела на Джареда, спавшего в колыбели.
– Он не вернется.
– Знаю, – сказала я, проведя ладонью по волосам сына. – С тобой хлопот не оберешься, а ему не нравятся сложности. Он отправится на поиски следующей дурочки. Я того не стою.
Горячее дыхание Джейса овеяло мое ухо, рука скользнула к моему обнаженному животу. Он прошептал с отчаянием:
– Еще как стоишь.
Я развернулась, обняла его за шею, прижалась к нему и напористо поцеловала. Крепче обнимая, вдохнула его запах. От ноток сандалового дерева его лосьона после бритья кровь разогрелась, по телу распространился трепет. С ним я была в полной безопасности.
Рот парня двигался вместе с моим. Волна жара хлынула от шеи к животу. Я коснулась его языка своим, потом сжала воротник, когда Джейс запустил руки под мои мешковатые джинсы и накрыл ладонями ягодицы. Он начал прокладывать дорожку из горячих поцелуев по моей щеке, спустился к шее, и я застонала.
– Джейс.
Томас был моим первым и единственным мужчиной до него. Меня никогда так не целовали. Мы насыщались вкусом друг друга. Закрыв глаза, я могла представить, что Джейс мой, что это наш дом. Завтра утром я проснусь рядом с ним, и мне не о чем будет беспокоиться, кроме прогулки с Джаредом в парке и выбора, что приготовить нам на ужин.
Джейс осыпал поцелуями мою челюсть, иногда покусывал. Прижавшись к нему, я ощутила его твердость. Мой клитор начал пульсировать. Я испустила стон. Казалось, будто я кончу от малейшего движения.
– Чему ты улыбаешься? – поинтересовался парень.
Не открывая глаз, я запрокинула голову назад, предоставив ему полный доступ.
– Тебе. Мне нравится, как ты целуешься.
Он замер на мгновение, после чего я почувствовала его поцелуй под ухом.
– Так?
Я улыбнулась шире и постучала пальцем по уголку своего рта.
– Сюда.
Джейс выполнил просьбу. Мои ноги покрылись мурашками.
– И сюда, – сказала, постучав по уголку глаза.
После очередного невесомого поцелуя, даже без языка, я задрожала еще сильнее.
Когда он сжал пальцами мой подбородок, я приподняла веки и увидела, что Джейс смотрит на меня.
– Ты перевернешь мой мир вверх тормашками, не так ли, мелкая?
Я обняла его и уткнулась лицом в шею, пряча свою улыбку.
Очень на это надеялась. Мне не хотелось причинять ему боль, страдать самой, обидеть его семью или свою.
Однако нежелание расставаться с этим чувством перевешивало все остальное.
Больше ничего не существовало. Между нами никого нет. Это наш дом и наша кровать. Только наша.
Войдя в Lockes-on-the-Bluff, оригинальный паб-ресторан на холмах, я вдохнула ароматы стейка, древесины и земли, едва за мной закрылась дверь. Бар располагался в подвальном помещении, поэтому витавший в воздухе запах сырости создавал атмосферу подполья, которую еще больше подчеркивал свет свечей. В ресторане было чище, находился он ближе к городу, и платили здесь, вероятно, лучше, чем в автомастерской, поэтому я решила попробовать.