– Живо, – процедила я сквозь зубы.
– Ты же сегодня не работаешь!
– Кэт, он может остаться с нами.
Обернувшись, я увидела Джеймса, который подошел к нам и вытирал руки салфеткой.
Ну, так было бы проще для всех, да? И при нормальных обстоятельствах я бы не отказала. Мой сын обедал у них как минимум один день в неделю и даже оставался ночевать пару раз.
Но нет, Джаред должен научиться выполнять указания.
– Все в порядке. Спасибо, – сказала я более ровным тоном, стараясь успокоиться.
Когда развернулась обратно, они с Тэйт уже опять катались на велосипеде.
– Джаред! – крикнула я, после чего посмотрела на часы. Проклятье, мне следовало выехать еще полчаса назад, чтобы избежать пробок.
– Честно, Кэт, – продолжил Джеймс, – мне это тоже на руку. Пока ребята развлекают друг друга, у меня выдается время поработать. Я собирался сводить Тэйт в пиццерию вечером. Им будет веселее вдвоем, и Джаред может переночевать у нас.
Провожая сына взглядом, я хотела, чтобы он держался подальше от угла улицы. Говорила ведь ему: вдруг оттуда вылетит машина.
Я закрыла глаза и выдохнула. Мои нервы были на пределе.
– Ты точно не против? – спросила, уступив в итоге.
Сегодня мне было некогда бодаться с Джаредом. Если ему больше нравится проводить время с нашими соседями, пусть остается.
Джеймс лишь улыбнулся, продемонстрировав очередное доказательство своего терпеливого характера.
– Увидимся утром.
Он ушел. На мгновение я опустила голову, чувствуя себя поверженной. Почему я не могла влюбиться в хорошего парня вроде него: одинокого, замечательного отца, готового бросить все дела ради дочери, многое понимающего без слов.
Я была абсолютно уверена, что Джеймс знал мою историю, хотя мы почти не общались. Но в его глазах порой мелькало понимание.
Он из тех людей, кто не станет вмешиваться и упрекать меня в пренебрежительном отношении к своему ребенку. Не скажет, что я не чувствовала бы себя уставшей с похмелья, если бы вчера не пошла гулять с друзьями. Не будет учить, как я должна воспитывать сына.
Джеймс просто был рядом и подчищал все мои огрехи.
Даже если бы я заинтересовалась им, он казался не более доступным, чем Джейсон. Его жена умерла прошлой весной, однако у меня сложилось впечатление, что Джеймс нескоро снимет свое обручальное кольцо.
До Чикаго я добралась в четвертом часу. На мне было полуформальное короткое черное платье без рукавов и с многослойной юбкой. Волосы оставила распущенными, с легкими естественными волнами, которые нравились Джейсу, перебросив их через левое плечо. Я использовала минимум макияжа, но не забыла его любимую красную помаду и парфюм. Мы собирались на киносеанс в парке. Он обещал организовать пикник.
Со временем у нас выработался определенный режим. Джейс знает, во сколько Джаред обычно засыпает. Перед тем как приехать, он звонит и уточняет, свободен ли горизонт. Иногда я встречаюсь с ним в люксе чикагского отеля «Уолдорф». Правда, теперь Джейс обзавелся квартирой в городе, поэтому люксом мы пользуемся все реже. Он даже позволил мне подобрать интерьер, чтобы сделать квартиру нашей.
Я могла звонить ему на работу или в определенное время, когда знала, что он один. Порой мы пересекались несколько раз в неделю. Бывало, я не видела его в течение месяца. На словах, если я пыталась объяснить нашу ситуацию Дине, это звучало ужасно, но, как ни странно… мы привыкли. В какой-то момент мои ожидания снизились, а надежды стали более реалистичными.
После смерти отца карьера Джейса пошла в гору, и сейчас он был на пике. Меня утешало осознание, что «он во мне нуждается». Ведь Джейс любит меня, да? Поэтому мы видимся украдкой по мере возможности и, когда остаемся наедине, все идеально.
Когда-нибудь – надеюсь, в ближайшем будущем – Мэдок достигнет возраста, в котором сможет понять развод родителей и принять новую женщину в жизни отца.
Несколько лет назад я получила диплом бухгалтера, нашла приличную работу. Я обладала многим, за что была благодарна. Джейс очень помог мне. Несмотря на понимание, что я не должна ощущать вину, требуя от него большего, по какой-то причине все равно чувствовала себя его должницей.
Дина часто спрашивала, зачем я осталась с ним? Почему раз за разом возвращалась и терпела, вместо того чтобы найти мужчину, который желал бы только меня? Почему позволяла пользоваться собой, а потом страдала?
Мне приходилось постоянно ее поправлять. Ведь я не страдала.
Я была безмерно счастлива. Потому что безоговорочно любила Джейса. Уж лучше я буду несчастной девяносто процентов времени, лишь бы ощутить то, что чувствовала с ним в оставшиеся десять.