После всего, что пережили родители, страданий, которые они принесли друг другу, я понимаю, почему он возлагает на меня столько надежд. Меня так долго ждали.
– Ты действительно любишь маму? – спрашиваю я, пристально глядя ему в галаза.
– Конечно, – отвечает папа, задумчиво опустив взгляд, и делает очередной глоток. – Я не могу без нее жить. Никогда не мог.
– Благодаря чему ты наконец-то это осознал?
– Потому что понял: ей и без меня неплохо, – признается он. – Я всегда любил ее, но после того, как мама завязала с алкоголем, устроилась на хорошую работу, обрела финансовую независимость и стала справляться со всем в одиночку, до меня дошло, что я ее потерял. Необратимость данного факта сделала свое дело.
Прищурившись, я смотрю на отца, не уверенная, что правильно его поняла. Он хотел маму, потому что больше не мог ее контролировать?
Похоже, папа замечает мое замешательство и продолжает объяснять:
– Я был ужасно высокомерным в молодости, милая. Воспринимал все как должное. – Он взбалтывает напиток в стакане, вглядываясь в него. Наверное, потому что это легче, чем смотреть мне в глаза. – Но, увидев, как она поменяла свою жизнь и обрела счастье, я ощутил боль. Это задело мою гордость, вывело из равновесия, ранило до глубины души.
– Ты не хотел, чтобы мама поправилась?
Он наконец-то поднимает глаза и мягким тоном успокаивает меня:
– Разумеется, хотел. Но, полагаю, думал, если она перестанет нуждаться во мне, то больше никогда не захочет быть вместе. И я снова лишился покоя. Теперь, когда перед ней открывалось столько возможностей, выберет ли мама меня?
Внезапно мне все становится ясно.
Папа понятия не имел, что может дать ей, помимо денег и власти. Он так много времени и сил тратил на заботу о ней, закрывал деньгами их проблемы, что перестал понимать, на чем строятся их отношения. Отцу казалось, что она любила его, потому что была юной, наивной и привязалась к нему из страха.
Когда мама повзрослела, стала мудрее и сильнее, что еще он мог предложить ей, кроме себя? Захочет ли она вообще его?
– Я так много раз терял ее и в итоге мог потерять навсегда. Только я не мог ее отпустить и наконец-то очнулся.
Слишком долго отец преследовал собственные интересы, даже несмотря на любовь к маме.
Но шестнадцать лет спустя она сообразила, что спасти ее может только она сама, и поэтому отпустила его. Если он вернется за ней – так тому и быть. Если не вернется – жизнь продолжится дальше.
Хотя я не уверена, что мамин план отдать мне книгу сработал. Я все равно буду допускать ошибки, желать того, что мне во вред. Это само собой разумеется. В конце концов, человеческая натура несовершенна.
Но сегодня я усвоила одно: жизнь проходит быстро. Не успею я оглянуться, как мне будет сорок. Я не хочу проснуться в пятьдесят восемь с сожалениями.
Глубоко вздохнув, смотрю на него и говорю:
– Папа, я отвратительно играю в футбол, ненавижу фортепиано и не хочу быть адвокатом или доктором. Не хочу всего, чего ты хочешь для меня.
Прищурившись, он напрягается.
– Куинн, если дело в Нотр-Даме…
– Я хочу учиться в Нотр-Даме, – перебиваю его. – Думаю, это именно тот колледж, который мне нужен.
Папа немного расслабляется.
– Хорошо.
– И я согласна пройти несколько летних курсов дома – это хорошая идея. Может, тогда я смогу получить диплом раньше.
Папа кивает, по-прежнему нервничая в ожидании плохих новостей.
– Я рад… что ты так думаешь. Но почему у меня такое чувство, будто ты сейчас скажешь, что встретила мальчика и забеременела?
Я покусываю губы. Была не была.
– Помнишь принадлежащий тебе участок на Хай-стрит? – спрашиваю я. – Старую пекарню на углу Саттон?
– Да, – отвечает он нерешительно. – Я купил его несколько лет назад. Он выгодно расположен, так что я не мог упустить такую возможность. А что?
Задержав дыхание, я произношу, не дав себе опомниться:
– Я хочу, чтобы ты продал мне эту собственность.
Отец отшатывается назад с таким видом, словно я заговорила на другом языке.
– Позволь мне объяснить, – спешу добавить, подняв руку.
– Я всю свою жизнь была тем или иным образом занята и понимаю, что все, чего ты хочешь для меня, продиктовано любовью. Я понятия не имела, чем хочу заниматься, поэтому соглашалась с твоим выбором: репетиторами, дополнительными занятиями, уроками танцев, гимнастикой, плаванием, летними волонтерскими проектами в тропических лесах… – Произнося каждый пункт, я загибаю палец. – Занималась этими хобби, потому что предпочитала занятость бездействию. По крайней мере, мне так казалось. Если бы перестала, у меня бы появилось время подумать. – Пытаясь донести свою точку зрения, я говорю тише. – Я никогда не мечтаю, пап. Ничего не жду с нетерпением, потому что все эти занятия не являются моей страстью. Продай мне магазин. Дай мне новый летний проект и посмотри, что я смогу сделать.