Мы работали молча. Я то и дело поглядывала на Джареда, нервно думая о том, кто должен завязать разговор и что сказать. А он лишь нагнулся и обмакнул валик в краску с непринужденным видом.
Поочередно макая валики, мы продолжали красить. Спустя несколько минут мой пульс наконец-то замедлился, пока Джаред не положил руку мне на спину.
От его близости я оцепенела, но парень потянулся к стремянке, стоявшей сбоку от меня, и перетащил ее на свою сторону.
Ой.
Я вернулась к своей работе, в то время как Джаред занялся зоной под потолком, прокрашивая недоступные для валиков участки обычной кистью. Приближаясь к нему, я тщетно пыталась проигнорировать близость его тела, нависавшего надо мной. Нас снова как магнитом тянуло друг к другу. Было приятно находиться рядом с Джаредом, не менее приятно, чем проснуться под звуки летнего дождя, барабанящего по окну.
– Нельзя использовать валик в углу, – произнес он, вернув меня в реальность.
Я моргнула и подняла глаза. Джаред держал кисть у стены, глядя на меня сверху.
Переведя взгляд на свой валик, я обнаружила, что уперлась в следующую стену. Наигранно насупившись, сказала:
– Нормально ведь получается, разве нет?
Тихо посмеявшись, словно я сморозила глупость, он спустился и вручил мне кисть.
– Залезай и постарайся не угробить молдинг.
Я выхватила кисть, взобралась на стремянку, после чего посмотрела на него и начала красить короткими мазками, следя за тем, чтобы не выйти за пределы голубого малярного скотча.
Джаред ухмыльнулся, покачав головой, затем принялся исправлять мои огрехи кисточкой поменьше, медленно прокрашивая углы.
Глубоко вздохнув и мельком взглянув вниз, я осмелилась завести беседу:
– Итак… ты счастлив? В Калифорнии… участвуя в гонках… – Я умолкла, не уверенная в том, хочу ли услышать истории его жизни там.
Не отрываясь от работы, он ответил задумчивым голосом:
– Я просыпаюсь, и мне не терпится оказаться в мастерской, чтобы заняться наладкой байков или машин… – добавил парень. – Свою профессию я люблю. Благодаря ей у меня есть возможность посещать сотни городов, разные площадки.
Об этом нетрудно догадаться. Судя по тому, что я видела в медиа, на треке Джаред был в своей стихии: уверенный, успешный, целеустремленный…
Хотя на вопрос он так и не ответил.
– Каждый день дышу свежим воздухом, – продолжил Джаред, нагнувшись, чтобы погладить Мэдмэна. Мои мазки замедлились, пока я его слушала. – Мне нравятся гонки, Тэйт. Но, если честно, они просто служат средством для достижения более значимой цели. – Он посмотрел на меня с полуулыбкой. – Я организовал собственный бизнес. Хочу производить авто и мотоциклы индивидуального дизайна.
Мои глаза округлились, и я замерла.
– Джаред… – с трудом произнесла, запинаясь, – это замечательно, – наконец выговорила я и улыбнулась. – И так мне спокойней. То есть если ты не всегда будешь на треке. Я постоянно боюсь, что ты попадешь в аварию, когда смотрю твои выступления по ТВ или на YouTube.
Он нахмурил брови, а я поморщилась.
Проклятье.
– Ты смотришь? – удивленно уточнил парень с таким выражением, словно поймал меня с поличным.
Я поджала губы, опять сосредоточилась на своей кисти и проворчала:
– Конечно, смотрю.
Он тихо хохотнул и тоже начал красить.
– Мне все равно придется путешествовать, но гораздо реже, чем сейчас. К тому же я могу перенести бизнес сюда, если захочу.
Сюда?
Значит, Джаред может вернуться домой? Я отвела взгляд. Мне нравилась подобная идея. Не знаю почему. Ведь я сама скоро уеду.
Выдохнув, он оценивающе посмотрел на стену, над которой работал.
– Я люблю ветер на треке, Тэйт, на шоссе. – Джаред почти печально покачал головой. – Только тогда я чувствую, что мы вместе.
У меня в горле образовался ком. Глянув на Джареда, я увидела, как его кадык дернулся, когда он сглотнул.
– Я никогда не хотел других женщин, – напряженно и едва слышно произнес парень. – И уехал для того, чтобы стать мужчиной, достойным тебя, чтобы вернуться за тобой.
Опустив глаза, я неторопливо слезла со стремянки.
Вот что было труднее всего понять. Ему потребовалось уехать на поиски себя и вычеркнуть меня из своей жизни. Джаред порвал со мной под предлогом того, что не хотел мне мешать, пока пытался разобраться в собственных желаниях, потратив черт знает сколько лет.
Смотря в его темные глаза, я видела мужчину, который практически не изменился и в то же время стал совсем другим.
Так, может, это все-таки был не предлог?
Может, мне повезло, потому что я всегда знала, к чему стремлюсь, чего хочу. А у Джареда жизнь слишком часто шла под откос, он много отвлекался и не был уверен, в чем его призвание.