— Каким образом? Спросишь, не ее ли эти платья? Она скажет «да», даже если это неправда. Какая женщина откажется от таких нарядов, если ее слова некому оспорить?
— Посмотрим.
Голос Ройса прозвучал столь зловеще, что Альден на мгновение пожалел девушку-викинга, представив себе, какими же невероятными средствами Ройс хочет добиться правды. Он предпочел ничего не знать об этом.
Глава 17
На сегодня вся работа была сделана, и Кристен хотела только одного — повалиться на свой соломенный матрац. Жара вскоре сморила ее, а к ней добавлялся еще жар от печки, рядом с которой она была прикована, и ни дуновения за весь день, ни малейшего движения воздуха, что бы хоть немного охладило это пекло.
Она едва не бросилась Эде, появившейся, чтобы снять новую цепь, которую Кристен должна была носить в наказание, но та холодно отстранилась. Она все еще дулась на Кристен за грубую выходку два дня назад. Кристен извинилась в тот же день, но успокоить старую женщину не смогла.
Эта размолвка стала дополнительным моральным грузом для Кристен, ведь Эда была единственной, с кем она могла поговорить, и холодное молчание Эды больно ранило ее.
Эда повела Кристен не в ее каморку, а в ванную и сообщила, что ей приказано искупаться. Несмотря на смертельную усталость, Кристен обрадовалась. Это была вторая ванна после того, как ее привели в дом. Она знала, что Даррелл и Ройс купаются по многу раз в неделю, слуги же, наоборот, редко. Она, привыкшая к чистоте, не могла довольствоваться тазиком с водой, который ежедневно получала для мытья. Одна мысль окунуться в прохладную воду уже подняла настроение. Расслабиться в ванне она, однако, не смогла — другие слуги ждали своей очереди. Правда, она была первой, а если учесть, что все должны были мыться в одной воде, это уже что-то значило.
На этот раз вода была теплой и чистой, а Эда была единственной, кто оставался с Кристен в маленькой комнате. Пока Кристен купалась и наспех мыла волосы, Эда постирала ее одежду. Взамен она дала какой-то бесформенный балахон из грубого полотна. Это был просто прямоугольный лоскут с отверстием для головы в середине и со шнурком на талии, но, конечно же, очень короткий для нее. Его пришлось надеть на голое тело, и Кристен чувствовала себя в нем очень незащищенной. Она согласилась надеть это своеобразное одеяние без боковых швов только потому, что надеялась сразу же уйти в свою каморку.
Но все было не так, как ожидала Кристен. Когда они поднялись наверх, у двери каморки Эда подтолкнула ее, чтобы она шла мимо, и остановилась только в конце коридора, где были покои господина. Кристен, подозревая худшее, отпрянула.
— Почему?..
Эда и теперь не посмотрела на нее, только пожала плечами и постучала в дверь.
— Я делаю, что мне приказывают. Причины мне не называют.
— Он сказал, что хочет видеть меня?
— Он сказал, что я должна тебя к нему привести. Именно это я и сделала.
Эда открыла дверь и стояла в ожидании, когда Кристен войдет. А она медлила. Она не испугалась, нет, просто не могла поверить, что Ройс решился… Ведь если он хотел ее расспросить, он мог бы это сделать днем, не так ли?
Она вошла в комнату по привычке мелкими шагами, хотя Эда после ванны не надела на нее цепи. Как и в тот раз, когда ее приводили сюда после ванны, Эда держала цепи в руке, и так же, как в тот раз, она положила их на стол Ройса, вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.
Он стоял возле открытого окна и смотрел на нее. Его комнату она уже знала, поэтому не оглядывалась по сторонам, а смотрела Ройсу в лицо и ждала, что он скажет. В своем коротком, свободном одеянии она чувствовала себя очень стесненно. Не следовало ей надевать эту рвань. Если пояс ослабнет, она останется все равно что нагая. В таком виде не стоит появляться перед мужчинами. Пару дней назад она, может быть, и использовала бы это чтобы лишить его самообладания, но теперь она уже сама не знала, хочет ли этого. Нет, это не так. Она хочет его по-прежнему. Она только стала сомневаться — стоящая ли это идея, брать то, чего хочешь?
— Я заметил, что платья, которые тебе дали, не совсем тебе подходят.
Это было совершенно неожиданное для Кристен заявление. Он думал о ее платьях в то же время, что и она. Это рассмешило ее, но она взяла себя в руки.
— Ты только сейчас это заметил?
Он пропустил насмешку мимо ушей.
— На моей кровати лежит платье. Посмотри, не подойдет ли оно тебе.
— Мне прямо сейчас его нужно примерить?
— Да.
— Ты выйдешь или останешься и будешь глядеть?