С тех пор как король со своей свитой прибыл в замок, Ройс стал одеваться еще роскошнее, чем обычно. Так же, как и остальные лорды, он носил плащ, закрепленный на правом плече пряжкой. Он был темно-коричневого цвета и отделан шафранно-желтым дорогим шелком, как и песочного цвета рубашка. Эти краски земли очень шли ему, еще более подчеркивая глубокую зелень его глаз. Кроме того, на нем был широкий пояс, расшитый по всей длине янтарем. Даже рукоять кинжала, висевшего на поясе, была усыпана драгоценными камнями.
После происшествия с Элдредом у него не было возможности переброситься с ней и словом. И теперь он очень удивил ее, сказав:
— Ты сегодня извинилась передо мной, а я не уверен, хочу ли я принять твои извинения.
— Тогда начинай с того, что ты хочешь, — спокойно предложила она.
— Ну, если так, то я возвращаю тебе твои извинения.
Он присел рядом с ней на кровать, подтянув одно колено, чтобы лучше видеть ее. Его рука легла на ее бедро, замерла на секунду и соскользнула на простыню.
— Я уже давно знаю Элдреда. Я знаю, что у него всегда на уме и как он постоянно ищет повода для ссоры со мной.
Кристен спокойно сказала:
— Я тебе не солгала. Я действительно спровоцировала его, причем сознательно.
— Но ведь это он первым подошел к тебе и начал разговор, а не наоборот.
Она улыбнулась.
— Ну что ж, здесь мне нечего возразить.
Его рука снова легла на ее бедро и задержалась на этот раз несколько дольше.
— Я еще не успел поблагодарить тебя за твою тактичность, когда мы беседовали в присутствии короля.
— Да нет, ты уже выразил мне свою благодарность, — мягко ответила она.
А он так боялся, что она не поймет его улыбку, с которой он посмотрел на нее, прежде чем уйти из зала вместе с Альфредом. Она знала его, оказывается, лучше, чем он предполагал, и это открытие его очень обрадовало.
Он снова улыбнулся ей и поднялся с кровати. Он не мог спокойно разговаривать, когда она так близко, а он хотел еще обсудить с ней свое предложение.
Он решил снять плащ, и его пальцы уже легли на золотую пряжку, как вдруг Кристен села в постели. Тонкая простыня соскользнула с ее плеч, однако она не заметила этого и смотрела на него в ожидании. Она была так естественна в своей наготе, что не осознавала даже, какое производит впечатление. Пальцы Ройса застыли на пряжке, а его взгляд, как загипнотизированный, остановился на нежных округлостях ее груди и не мог от них оторваться.
— Наше соглашение.
— Что?
Вероятно, никогда в жизни ему не было так трудно отвести взгляд. Он посмотрел ей в лицо, и ее полные ожидания глаза заставили его очнуться. Почувствовав, как краска заливает его лицо, он отвернулся. Власть, которую эта девушка имела над ним, лишала его рассудка и способности контролировать свои действия. Если она когда-нибудь узнает об этом, то… храни меня тогда Господь, подумал он.
Он незаметно вздохнул и начал раздеваться, повернувшись к ней спиной. Он понимал, что разговор нужно начать как можно скорее, чтобы не откладывать его еще раз.
Он откашлялся, и кашель его прозвучал, как глухие раскаты грома.
— То, что случилось вчера утром, убедило меня, что ты не сможешь защищать себя в достаточной мере, будучи закованной в цепи. Я вообще очень сожалею о том, что ты оказалась в таком положении, когда тебе пришлось защищаться.
Он бросил через плечо взгляд, чтобы удостовериться, достаточно ли внимательно она его слушает. Ее плечи и грудь были все еще обнажены. Он подошел к столу, чтобы плеснуть себе в лицо холодной водой. И еще раз ему пришлось кашлянуть, прежде чем продолжить разговор.
— Я не хочу, чтобы ты оказалась в беспомощном положении. Я могу, как и прежде, поручить своим людям охранять тебя. Но это не одно и то же. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя уверенно, если меня не будет рядом с тобой и я не смогу позаботиться о тебе.
— Тебе не нужно объяснять мне, почему ты снял с меня цепи.
Даже не оборачиваясь и не смотря на нее, Ройс знал, что она улыбается ему. Он сел на стул, чтобы снять сапоги и кожаные гамаши.
— Хорошо. Единственное, что мне от тебя нужно, это твое слово. Обещай мне, что ты откажешься от попыток напасть на моего кузена, пока Альфред и его свита находятся в замке.
— Ты требуешь от меня слишком многого, — тихо сказала она.
— Подумай, к чему это приведет, если ты сделаешь что-нибудь Альдену, когда здесь находится король. Он справедливый человек, но ты сама сегодня могла убедиться в том, как в эти трудные времена он защищает своих подданных. Я мог бы вызвать Элдреда на поединок. Альфред прекрасно понимал, что я этого хочу. И все же он отправил этого подонка домой, спасая его, таким образом, от моего гнева. Ему необходим каждый из его вассалов, если датчане решат вернуться. Он сурово расправится с каждым, кто посмеет ослабить его войско.