— Я выпросила их у Эды, которая чуть было не скормила их курам. Мы с тобой испечем маленький хлеб, только для нас двоих. Ну как, нравится тебе моя идея?
— О да, Кристен! — на детском личике светилась неподдельная радость. — Это будет нашим секретом.
Предположение Мечан, что никто не заметит, где она, оказалось неверным. Ройс увидел, что она сидит в кухне, как только вошел в зал, потому что его взгляд искал прежде всего Кристен. И он нашел ее в обществе своей сестры Мечан. Наклонив друг к другу головы, они смеялись, ничуть не заботясь о том, что происходит вокруг.
На секунду он остановился, почувствовав радость от того, что увидел их вместе — свою сестру и любимую женщину. Так как все относились к Кристен с опаской, он предполагал, что Мечан, которая всегда боялась чужих, тем более будет ее сторониться. По всей вероятности, он ошибался. Сразу было видно, что они нравились друг другу, и Ройса это очень обрадовало. Он обязательно подошел бы к ним, если бы Даррелл не позвала его. Только теперь он заметил Корлисс. Как он мог забыть, что она обещала быть здесь! Лорд Эверилл прибыл на турнир, на котором Альфред имел обыкновение проверять на ловкость людей своей свиты. А когда лорд Эверилл приезжал в Виндхёрст, он всегда брал с собой своих дочерей. Напрасно Ройс надеялся, что на этот раз он изменит своей привычке.
Сжав зубы, он подошел к своей невесте, чтобы поприветствовать ее.
Кристен в течение всего вечера наблюдала за Ройсом и Корлисс, сидевшими рядом за длинным столом. Она ничего не могла изменить и решила набраться терпения, хотя в горле стоял комок и грудь болезненно сжималась. Тысячу раз повторяла она про себя, что от нее ничего не зависит, что Ройс и без того ей не принадлежит, и все же чувствовала себя обманутой; ее не оставляла мысль о том, что Ройс именно ее мужчина, мужчина ее жизни. Сейчас она не имела возможности бороться за него, ничего не могла сделать, чтобы оторвать его от этой женщины, и все яснее осознавала свое положение в доме. Она выдержала первое испытание огнем и довольно спокойно отнеслась к своему рабству, потому что исходила из того, что в конце концов получит желаемое. При каждом новом своем поражении она теряла терпение, иногда даже самообладание, но никогда не теряла надежды.
Не слишком ли она наивна? Если ее отец влюбился в рабыню и женился на ней, то это еще не означает, что такое может произойти и в Вессексе. В положении, когда ее родное селение оказалось отрезанным от других частей страны, ее семья установила дома свои собственные законы. Ее дядя Хьюг занимал должность ярла, что делало его в Норвегии таким же могущественным, как здесь король Альфред. И даже при таких обстоятельствах ее мать должна была быть освобождена из рабства прежде, чем Гаррик смог на ней жениться. Что касается рабства, то в Норвегии были свои собственные законы, которые не позволяли оставлять без внимания такой существенный фактор, как любовь. Здесь же сколько правителей, столько и законов! Разве сам Ройс не назвал ее сумасшедшей, когда она заговорила с ним о женитьбе?
И теперь, когда она увидела его с невестой, ей стало ясно, что она действительно лишилась рассудка, вообразив, что он может принадлежать ей. Ни разу она не посмотрела на сложившуюся ситуацию глазами Ройса. Он сказал ей однажды, что ее положение даже ниже положения раба. Допустим, он сказал это в гневе, но как это было близко к тому, что есть на самом деле! Она его рабыня, одна из многих. У него ведь много рабов. Сейчас она согревает его постель, но завтра для этой цели у него появится законная супруга. Его забота о Кристен была не больше, чем забота о любом другом из его рабов.
— Ты что-то замечталась.
Кристен понадобилось время, чтобы, услышав голос Эды, отрешиться от своих раздумий.
— Да, действительно.
Эда многозначительно посмотрела на нее. Ей показалось, что она услышала в голосе девушки тоску.
— Ты возлагаешь на него слишком большие надежды.
— Да, я знаю.
Эда покачала головой.
— Ты должна быть благодарна уже за то, что у тебя есть. Ты жива, хотя он мог бы и убить тебя, так же как и тех, кого ты называешь своими друзьями. Он заботится о тебе. Да что там — он даже защищает тебя от посягательств других мужчин. Сегодня ночью половина девушек здесь, в замке, станут добычей этих юных повес, но тебя это не коснется.
— Тебе не нужно рассказывать, как мне здесь хорошо живется.
Эда хмыкнула и не без сарказма заметила:
— Если ты недовольна тем, что имеешь, ты можешь в любое время подыскать себе какого-нибудь другого мужчину. Я не слепая и вижу, как все эти молодые господа таращат на тебя глаза. Если ты хорошо попросишь милорда, он, может быть, и продаст тебя, когда женится.