Огромная черная птица отделилась от мрачного хоровода и устремилась к одинокой сосне, которая, искривив ствол, будто из последних сил цеплялась за отвесную скалу. Присев на ветку ворон устало кашлянул. Млад прищурился и потер глаза. Точно ли ворон? А может филин? Или еще кто, впотьмах-то и не разберешь. Склонив голову, таинственная птица уставилась на юношу властно без всякой боязни, словно мудрый наставник на растерянного ученика. У Млада мороз пробежал по коже.Через минуту ворон обернулся и указал на кривую тропу, теряющуюся в пустоте узкого разлома. Парень нашел взглядом отца, старейшину рода – лица у воинов были хмурые, задумчивые.
Боги сами укажут путь, - возникла в голове первое и самое главное наставленье для юного отрока. Млад недоверчиво покосился на птицу – опять филин, да что за наваждение? Покинув свое место, парень подхватил топор и приблизился к кривому дереву. Всего пятнадцать шагов, а словно дальний путь одолел.
Птица сидела неподвижно. Потянувшись рукой, Млад едва не прикоснулся к гладкому оперению, когда почувствовал, как земля уходит из-под ног. Отстранившись назад, он испуганно уставился на ветку. Никакой птицы там уже не было. Вернее, то, что он считал вороном или филином оказалось пучком спутанных веток, усыпанных огромными пузатыми шишками.
Странная забава богов!
И в этот самый миг за его спиной послышался протяжный кашель. Обернувшись, Млад обомлел: на каменном выступе восседал огромный сгорбленный ворон.
Птица властно расправила крылья, гаркнула во все горло и исчезла в темноте.
- Укажут путь, - тихо прошептав, Млад сделал уверенный шаг вперед.
Разлом и узкий лаз, в который можно было попасть только боком, да и то если сильно втянуть живот, обнаружился неподалеку. А вот проводника нигде не было. Птица, словно растворилась в мрачной пустоте. Впрочем, свою миссию она выполнила.
Обхватив рукоять топора вспотевшей рукой, Млад обернулся решая, как поступить. Вокруг царила кромешная темнота. Никаких факелов и громогласных голосов. Он был здесь абсолютно один, отрезанный от внешнего мира границей, сотканной из заплаток мрачных теней.
Наверное, в первые в жизни перед юношей встал выбор. И решение надо было принимать самому без подсказки и нравоучений старейшин. Как поступить? Вернуться или бесстрашно шагнуть в пасть кромешной темноты. Решительность боролась со страхом. Он так жаждал совершить подвиг, достойный предков, а когда представилась такая возможность, стушевался.
Сделав шаг назад, Млад напряженно вслушался в тишину. Ничего. Может быть, все-таки стоит вернуться?
У тебя еще будет время проявить себя? Ты разведал местность и нашел потайной ход. Разве это не помощь? А теперь ты должен вернуться, опытные воины подскажут что делать.
Внутренний голос, рассудительно объяснив очевидные вещи избавил юношу от глупых сомнений. Млад отошел от разлома, подобрал булыжник и нацарапал на темной каменной поверхности огромный белый крест. Такой даже в ночи будет светить – не ошибешься. Дело было сделано, надо было возвращаться обратно к воротам.
И в этот самый момент произошло событие, перечеркнувшее очевидный выбор. На возвышенности вспыхнул огромный сигнальный костер. За ним один и еще один. Огненная цепочка потянулась на юг напоминая огромного червя.
Главное успеть! – промелькнула в голове Млада предательская мысль. Если ему удастся открыть ворота у храмовников не останется шансов. В противном случае, с рассветом сюда прибудут стражи. С двумя дюжинами кочевников они справятся без труда. Тогда пиши пропало!
Вернувшись к разлому, Млад глубоко вздохнул, запрокинул голову – из его рта вырвался протяжный вой ночных покровителей, дарующих удачную охоту. Выставив перед топор, он бесстрашно шагнул в всепоглощающую тьму.
Руки нащупали стену, влажную и ледяную – сделал шаг, второй и уперся в препятствие. Ладонь скользнула в сторону и утонула в пустоте. Коридор вился словно зигзаг – неровные стены, утыканные острыми гранями, пустоты и тупики. Млад слизывал выступивший над губой пот, шепча молитву великому воину Оду. Если бы он был в лесу, то просил бы светлоокую мать озарить ему путь, а здесь, в кромешной тьме, он желал лишь поскорее увидеть хотя бы собственные очертания.
Он насчитал двадцать шагов и сбился – рука уперлась в каменную преграду. Повернулся в одну сторону, затем в другую – тупик. Все его усилия оказались напрасны. Время убегало! А Млад так и не добрался до ворот. Он в буквальном смысле ощущал как всадники мчат в сторону остроконечной скалы. Смогут ли его собратья справиться с хорошо вооруженными воинами из города у воды?