Силана до него не дотрагивалась, только напряглась, когда Рейз потянул вверх ее платье. Он почувствовал, убрал руку, снова коснулся губами лба, пытаясь отдышаться. Снова давая ей выбор, и надеясь, что она не оттолкнет.
Она молчала. Не отталкивала его, стояла прижимаясь спиной к двери.
Рейз перебирал мысленно фразы — что сказать, чтобы она не сбежала — но все, что приходило в голову, казалось глупым и неловким. То похабным, то слишком пафосным.
— Не сбегай, — попросил он.
Она напряглась сильнее, отвернула голову в сторону, открывая шею. До боли хотелось прижаться к коже губами, почувствовать пульс на языке.
— Мне надо идти, а вам надо мыться, — она говорила тихо, хрипло. — Пропустите меня, вы обещали.
Рейз выдохнул, проглотил злость и разочарование, которое вызывали ее слова и отступил на шаг:
— Обещал. Если хочешь идти — иди.
Силана взялась за ручку двери, замерла на мгновение:
— Не делайте так больше, пожалуйста. Я уже просила вас, пусть все остается как раньше.
— Ты можешь хотя бы объяснить мне почему? По-человечески, не рассказывая о том, что я всего-лишь гладиатор и нам еще выступать на Арене.
Она не оборачивалась, стояла замерев, не открывая двери. И когда заговорила, голос прозвучал спокойно, бесстрастно, очень тихо. Если бы Рейз не стоял так близко, он бы не расслышал.
— Я сломана. Сломана и по-настоящему уродлива. Вы смотрите на мое лицо и мое тело, не знаю почему, но наверное, они вам нравятся. Я вижу только то, что я сделала. Иногда мне невыносимо даже просто дышать. Мне кажется, я запачкаю, я сломаю, я уничтожу все, до чего дотронусь.
Он вспомнил, как она рассказывала о матери. О том, что не успела.
И не знал, как объяснить ей, что она не права.
— Мне нечего вам дать, Рейз, простите, — сказала она, открыла дверь и вышла, аккуратно притворив ее за собой.
Он остался стоять тупо пялясь на изогнутую металлическую ручку.
***
Когда Рейз выбрался из ванной и спустился вниз, Лиам сидел в гостиной, как у себя дома, и рассказывал скату о том, что Орам мудак.
— О, привет, папаша! А я думал уже ты весь день продрыхнешь и снова будешь бесполезным.
Рейз видел его почти каждый день в школе и старательно игнорировал, но там были наставники, Орам и бесконечные упражнения одно за другим.
В гостиной отвлечься было не на что. Разве что тоже разговаривать со скатом.
— Где Силана? — спросил Рейз, не собираясь обсуждать собственную полезность. Тем более, что спорить было не с чем, всю последнюю неделю он даже еды не погрел ни разу.
Лиам неопределенно пожал плечами:
— Цветы поливает, кажется.
— У нас есть цветы?
— Я принес.
Рейз смерил его внимательным взглядом:
— А вещи свои ты случайно не принес, пока меня не было?
С пацана бы сталось, тот явно делал все, чтобы поселиться у Силаны.
Лиам фыркнул:
— Не бойся, пока нет. Тетенька против, хочет, чтобы я оставался у нее.
Рейз мысленно от души поблагодарил Илану Серн.
— Силане просто тяжело здесь одной, — Лиам хозяйским жестом погладил ската, и тот что-то одобрительно заворковал — звук был как смесь свиста и птичьего курлыканья. — Вот я и помогаю. Ралу лучше, всем лучше. Мне здесь нравится, уютно и на мозги никто не капает. А если захочу потренироваться, я принес тренировочные мечи, всегда могу в гостиной упражнения поделать или на воздушный причал подняться. Я намекнул Силане, чтобы она променяла тебя на меня, но она почему-то отказалась. Может, из жалости?
Рейз мысленно считал до десяти и обратно, и уговаривал себя держаться. Хотя не вестись на провокацию было тяжело.
— Наверное, ты достал ее за эти дни, — процедил он сквозь зубы, и поймал себя на мысли: как глупо было на такое реагировать. Ревновать к пацану тем более. — Тебе не светит меня заменить. Рожей не вышел.
Потом он вспомнил, как она отвечала на поцелуи, и как ненавидела себя после, и помрачнел. Перестал выделываться и попросил по-человечески:
— Не доводи ее. Ей и так тяжело.
— Не учи ученого, — Лиам насупился. — Я, в отличие от тебя, каждый день рядом с ней был. Знаю, что ей тяжело.
Он, кажется, собирался добавить что-то еще, но замер, повернул голову в сторону дверного проема. Рейз прислушался, но ничего не услышал поначалу, и только потом — тихие, легкие шаги.
Силана зашла, держа в руках кувшин с водой и тряпку, мягко, устало улыбнулась Лиаму:
— Простите, что заставила ждать. Рейз, на кухне есть еда для вас. Если хотите, можете позавтракать.
Она говорила тихо, но спокойно, будто Рейз не целовал ее в ванной меньше часа назад. Будто и не было ее безумного признания после.