Но Ларс не терял надежды. Он твёрдо вознамерился продувать чёртову трубу, хоть бы весь фильтрующий комплекс разлетелся к чертям. Давно это следовало сделать, но всё руки не доходили. О сохранности природы заботиться поздно. Перспектива близости зловонной реки не радовала, но уж лучше в пятидесяти метрах за стенами, чем непосредственно под ногами или в скважине с питьевой водой.
После пятой неудачной попытки Ларс, чертыхаясь на чём свет стоит, вышел из будки, где размещался пульт управления, и направился к уже открытому люку. Странно, но датчики показывали полную исправность фильтров, а это значило, что причину следовало искать на ранних участках коллектора.
— Так, не спать здесь! Быть на связи и чётко выполнять мои команды! — проговорил Ларс приготовившимся страховать помощникам. — Похоже на то, что какая-то дрянь забила решётку. Если так, то справимся быстро.
Вбитые в стену горловины проржавевшие скобы не внушали доверия, однако на практике показали себя с наилучшей стороны, на «отлично» выдержав испытание временем. Сама горловина имела трёхметровую глубину и почти полутораметровый диаметр, что позволяло спускаться даже с баллоном на спине. Ларс двигался неспешно, проверяя каждую опору. Он полагал, что лучше перестраховаться и потерять немного времени, чем соскользнуть с очередной скобы и повиснуть на руках.
Наконец, ноги погрузились в холодную жижу.
— Есть контакт, — проговорил Ларс во встроенный в маску микрофон.
— Принято, — послышалось в наушнике.
Ларс включил закреплённый на голове фонарик. Темнота дрогнула, отступила. Однако куда как неприятнее темноты была чёрная, студенистая жижа, которая с хлюпаньем принимала в себя громоздкое тело. Она с удовольствием заглатывала, но с неохотой отпускала, засасывая, обволакивая.
Уровень нечистот оказался Ларсу почти по грудь.
— Я в нижней точке, — осматриваясь, сообщил он. — Давайте инструмент.
Вскоре в круге горловины появился ящичек, опускаемый на тонком тросе. Ларс снял инструменты, а трос прицепил к ремню на поясе.
— Принял, начинаю осмотр. Не спите там.
— Удачи, — послышалось из наушника, и Ларс аккуратно, стараясь не поскользнуться, направился к решётке, закрывающей фильтрующий комплекс.
Требовалось преодолеть всего пять метров, но какими же долгими они показались. Каждый шаг давался с трудом, под ноги то и дело попадалось что-то склизкое. Кроме того, Ларс остерегался активных движений, опасаясь брызг и волнения жижи. Поднятые кверху руки затекли, тем более что в таком положении чемоданчик казался ощутимо тяжелее. Приходилось перекладывать его из руки в руку.
Минут через двадцать, показавшиеся Ларсу вечностью, решётка приблизилась настолько, что он смог её рассмотреть.
Толстые прутья практически не подверглись коррозии. Именно они препятствовали несанкционированному проникновению к фильтрам. По всей видимости, это было сделано для того, чтобы оказавшийся здесь рабочий случайно не залез, куда ему не следует. Защита от дурака.
Когда-то, ещё до войны, при проектировании подобных систем экология ставилась во главу угла. Строили с запасом надёжности. Но Ларс предпочитал, чтобы всё это давно рассыпалось ржавчиной. Было бы меньше проблем.
«Настроили, а мне теперь расхлёбывай», — подумал он и чуть не сплюнул. Уж очень двусмысленно в сложившейся ситуации звучала фраза.
Решётка над поверхностью жижи не вызвала нареканий — никакого мусора. Ларс вытащил из чемоданчика телескопический щуп и проверил нижнюю часть решётки. Щуп не встретил сопротивления. Тогда он попытался просунуть его сквозь прутья. На этот раз ничего не вышло. Щуп гнулся, упираясь во что-то упругое.
— Что за чёрт?! — выругался Ларс. — Есть за решёткой какая-нибудь мембрана или что-то на неё похожее?
— На расстоянии метра нет вообще ничего, дальше начинается система фильтров и отводов, — через несколько секунд пришёл ответ.
Ларс нажал на рукояти щупа кнопку, и тот удлинился на четверть, причём заканчивался теперь острой иглой.
— Посмотрим, что же там мешается, может, у нас схемы неполные? — с этими словами Ларс на уровне груди с силой вогнал щуп в упругое нечто, расположившееся за решёткой.
«С какого перепугу тут мембрану ставить? Она же при минимальной нагрузке создаст затор».
Щуп сначала вновь согнулся, но почти сразу выпрямился и легко проник дальше, по всей видимости, проткнув неподатливый материал. В следующее мгновение Ларс забыл и о щупе, и о решётке, и вообще обо всём.