Он снова сплюнул и двинулся в сторону. Злость сменилась презрением.
Создавалось впечатление, что город не подвергся нападению. Его просто покинули. Причём покинули в спешке. На улице виднелись остовы автомобилей, какой-то трудно различимый мусор. Кэру показалось, что люди даже не сами уезжали — их эвакуировали. А значит, Марна могла оказаться правой, и где-то в магазинах или пунктах проката действительно осталась одежда. Её-то эрсати и решил поискать, пока остальные так озаботились проникновением в историю.
Однако за прошедшие годы город не был позабыт. Одного брошенного на магазины взгляда было достаточно, чтобы понять: их навещали и, скорее всего, не раз. Разбитые стёкла, вырванные двери, невообразимый бардак внутри. Всё ненужное в лучшем случае бросалось на пол, в худшем — разрывалось, ломалось, портилось с заметным старанием.
— Ни себе, ни другим, — проговорил Кэр, осматривая очередной магазин. — Верное решение.
Он не отходил далеко от группы, благо разрушенное здание находилось на просторной площади и магазинов здесь хватало. К тому времени, когда Марна вновь собралась продолжить осмотр города, Кэр успел заглянуть в каждый магазин на площади и убедиться, что ничего полезного там нет. Тем более что многие крыши прохудились, и внутренние помещения покрылись плесенью.
— Знаешь, Марна, — эрсати был спокоен, его голос вновь обрёл высокомерные нотки. — Я очень удивлюсь, если вам всё же удастся найти себе новое жильё. Здесь были мародёры. Давно, но были. Вы же стояли стадом и блеяли на ветру — идеальная мишень, появись они снова. Тебе далеко до Зака. Спать со старостой совсем не то же самое, что быть им, не правда ли?
Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом дождя да редким хлюпаньем переступающих ног.
— Мы? — голос Марны звучал глухо. — То есть ты не с нами?
— С вами, разумеется. Куда же я денусь? Просто подумай — какая на тебе ответственность. Сможешь ты её нести дальше? Пока что я вижу жалкие попытки занять место старосты.
— Кэр, заткнул бы ты пасть, а? — послышался голос Кларка. — У тебя вообще есть понятие о такте?
— Такте? — эрсати широко улыбнулся. — Прошу прощения! Наверняка какой-нибудь вурст с пушкой в шесть стволов проявил бы верх такта, поливая вас огнём. Неужели так скоро забыли об элементарных мерах безопасности? Где хотя бы головной дозор? Кто-нибудь следит за тем, что происходит вокруг, высматривает подступы, пути к отступлению? Мы диверсанты на территории врага. Хотя нет, что я говорю… Мы экскурсанты по красотам древнего мира. Так?
— Никогда не понимал — как они с собой такую кучу патронов таскают? — немного оттаял Кларк, услышав упоминание оружейной темы. — Там же скорострельность бешеная.
— Куда лучше вопрос — откуда они их берут? — ответил Кэр.
— Придушить бы тебя, — хмыкнул Гракх. — Да ведь прав, чтоб ты сдох! Только, то же самое мог бы сказать иначе. В конце концов, все эти расстановки не женское дело. Сами разберёмся.
Марна стояла бледная, как мел. Подбородок дрожал, но женщина не позволяла себе дать волю бушевавшим внутри чувствам. В голове всплыла старинная не то пословица, не то поговорка: «Не делай людям добра — не получишь зла». Раньше она не понимала, не хотела понимать её смысла. Но теперь он стал ярким, кричащим. Сказать, что после услышанного от Кэра у Марны опустились руки, — значит, не сказать ничего. Со стыда она готова была провалиться сквозь землю. Хороша слава — подстилка главы общины. Что от такой можно ждать?
— Кларк, Винсент, смотреть в оба! — послышался голос Гракха. — Чтоб я облез! Совсем из ума выжили! Всё тихо, держаться ближе к домам, на дорогу без необходимости не высовываться! Быстро, чего рты открыли?! — он указал в сторону ближайшего магазина: двухэтажного, с всё ещё цветной вывеской. Правда, в ней не хватало половины букв, и разобрать смысл написанного было почти невозможно.
— Полководец, не меньше, — засмеялся Кэр, за что получил испепеляющий взгляд из-под кустистых, сдвинутых к переносице бровей.
Марна двигалась, как в тумане. Самой себе она казалась безвольной куклой. Сказали — она сделала, не задумываясь, не рассуждая. Было не столько обидно расписываться в своей некомпетентности, сколько слышать о Закэри. При этом не в лучшем свете. Старательно скрываемая боль вновь просилась наружу.
Передвигаясь короткими перебежками, внимательно осматривая улицы и крыши домов, беженцы осматривали первые этажи. Как правило, магазины располагались именно на них. Осмотр верхних этажей было решено оставить на самый крайний случай, если не получится найти вообще ничего.