— Ну, что мы стоим на дороге, давай, веди уже, показывай свою самостоятельную жизнь. — Марта наконец выпустила Лину из цепких объятий, бегло оглядев её с головы до ног и покивала с прищуром. Даже в этих обычных, казалось бы, безобидных словах угадывался скрытый смысл. Или, быть может, Лине так показалось?
Эла подхватила небольшой чемодан, и они втроём направились к дому. Всё то время, пока Марта любезничала с Линой, она молча наблюдала за ними со стороны.
Марта прошлась по комнатам, заглянув в каждый уголок, и осталась довольна всем.
— Кругом чистота и порядок, умница моя, — нахваливала Лину Марта, сдержанно улыбаясь и присаживаясь на диван. — Эла, принеси чемодан, у меня там подарки для Линочки есть.
Эла выполнила просьбу матери, внесла чемодан, расстегнула молнию и откинула кожаную крышку. Марта вынула пакеты и протянула Лине.
— Ну-ка, примерь, дочка. Ох, зря ты с нами не поехала. Мы с Эммой такой шопинг устроили, на скидки попали. Ты только посмотри, какие наряды я привезла, летние, лёгкие. А уж какая красота осталась дома в Москве! Эмма купила тебе в подарок платье от австрийского дизайнера. В нём хоть под венец, но нам-то ещё рано, да и подходящей кандидатуры пока нет, — напряжённо рассмеялась Марта. — Жениха из Германии выписывать будем?
— Мама, ну что за шутки? — Лина, не глядя, натянула обновку, лишь бы матери угодить, и вновь ощутила себя забитой запретами девчонкой, припоминая моменты из детства, когда мать наряжала её в платья с воланами и крутила перед зеркалом. Всё происходящее казалось ей каким-то жалким, утомительным фарсом.
— Ну что скажешь? — обратилась Марта к Эле и та, словно очнувшись от мыслей, рассеянно пожала плечами.
— Очень, очень красиво, мама. У тебя всегда был вкус на такие изысканные вещи, — тут же отозвалась она.
Лина удивлённо похлопала ресницами, обычно Эла всегда спорила с матерью и делала замечания по поводу и без, особенно когда дело касалось моды, но теперь стояла с отсутствующим видом и выглядела так, будто была чем-то озабочена.
Марта поднялась с дивана и достала из шкафа сантиметровую ленту. Потом подошла вплотную к Лине, измерила грудь и талию, и поцокала языком.
— Похудела на целых два с половиной сантиметра, у матери глаз алмаз. И чем ты здесь без меня занималась? Ну, ничего-ничего, — бормотала Марта. — Скоро всё встанет на свои места. Вот тут немного ушить, тут складочку пустить, и будет как надо.
— Мама, ну что за придирки, — не выдержала Лина. Назойливое внимание матери, и её подозрительные взгляды начинали бесить. — Ну похудела и что? Жарко было и есть совсем не хотелось.
— Хорошо если так, — Марта озадаченно вздохнула. — А в огороде что? Полола ли ты грядки, поливала?
— Молилась ли ты на ночь, Дездемона? О да, мой господин! — Лина не смогла удержаться, чтобы не процитировать строчки из известной трагедии Шекспира.
— Ух ты какая, — Марта наигранно рассмеялась, будто и не заметила той иронии, что прозвучала в словах Лины. — Ну, тогда веди, показывай.
В огороде дела обстояли совсем не идеально, сказывались недавние обильные дожди. Трава разрослась повсюду, куда не падал глаз, даже в прогалинах между плитами на дорожках пробивались сорняки. Да и, если по правде, Лина не сильно рвалась в огород, большую часть времени она обитала у Филиппа, и вся её забота о грядках сводилась лишь к сбору огурцов, кабачков и клубники.
Однако Марта невозмутимо обвела взглядом земельные владения и, прикрыв глаза, вдохновенно произнесла:
— Как же на родной земле хорошо. И работы хоть отбавляй. А я-то боялась, что мне тут делать нечего будет.
Лина и Эла удивлённо переглянулись, слишком уж подозрительно спокойной выглядела мать.
После осмотра грядок все втроём отправились в дом, где их ожидал накрытый стол. Марта на радостях достала бутылку домашнего вина, и разлила по бокалам.
— Ну, доченьки мои, вот мы и вместе. — Марта прослезилась, подняв наполненный бокал, и отпила пару глотков. — А какой Лина приготовила обед, умница наша, вот уж удивила, так удивила!
— Мы с Филиппом вместе готовили, он мне во всём помогал, если бы не он, я бы… — зачастила Лина.
— Ты ешь-ешь и выпей немного вина, это для аппетита полезно, — перебила её Марта, будто намеренно пропуская замечание Лины мимо ушей.
Эла лишь пригубила вино, задержав бокал в руке.
— М-м-м, какой букет, дай-ка угадаю, земляника и малина? — протянула она, смакуя вкус.
— Так и есть, ягоды сама собирала в прошлом году, ещё до поездки к Эмме, — лицо Марты расплылось в довольной улыбке.
Лина, во что бы то ни стало, решила достучаться до матери, как бы та не противилась и не делала вид, что Филипп для неё пустое место.