— О да, деньги, много денег, остров в океане и собственный самолёт. Сочувствую. — Эла устало пожала плечами.
— Интересно, почему?
— Потому что не в деньгах счастье.
— А в чём, в любви? Этого добра тоже хоть отбавляй. Девушки охотно ведутся на шелест зелёных купюр.
— Как цинично. Разве это любовь? Кажется, мы говорим о разном.
Вадим на секунду задумался, не сводя внимательных глаз с Элы.
— А ты совсем не изменилась, всё такая же идеально красивая, и рассуждаешь как в юности, — сказал он уже совсем другим, примирительным тоном и поднял бокал с коньяком. — Ну что ж, Элеонора Альтман, за встречу!
По залу прокатились восхищённые крики и шумные аплодисменты.
— А эта песня посвящается нашему дорогому Леону, без его участия и финансовой поддержки этот концерт никогда бы не состоялся. Обожаю тебя, Леон! — произнесла дива томным низким голосом, посылая ему воздушный поцелуй.
— Хм, а ты, оказывается, тут популярная личность? — удивлённо воскликнула Эла.
— Ревнуешь?
— Вот ещё!
Заиграла гитара, и певичка запела на французском. Эффектно покачивая бёдрами, она медленно спустилась со сцены и направилась к Вадиму. Он тут же натянул дежурную ухмылку, одним глотком допил коньяк, оглядывая диву с головы до ног. Она подплыла к их столику и, извиваясь в такт музыке, скользнула рукой по его плечам. Вадим поймал её кисть и прижался губами к запястью, впрочем, не отводя от Элы дерзких глаз. Она раздражённо поморщилась и отвернулась в поисках Ларисы. Та пересела за соседний столик, и о чём-то болтала с каким-то неформальным парнем.
Вадим поднялся из-за стола, и певичка потянула его в зал. Он шёл за ней, правда, как показалось Эле, без особого энтузиазма. На площадке возле сцены мулатка повисла у него на шее, и Вадим легко повёл её в танце.
Эла невольно засмотрелась, подмечая его осанку и отточенность движений. Всё же её уроки не прошли бесследно, да и у Вадима настоящий талант, из него бы получился неплохой танцор, ничуть не хуже Патрика Суэйзи. Он и похож с ним чем-то внешне, такой же статный, гибкий, такой же… Сердце сжалось от щемящей тоски и дыхание на миг перехватило. Эла тряхнула головой, отгоняя наваждение. Самое время бежать!
Она подхватила сумочку и выскочила из зала в надежде никогда больше не встречаться с Вадимом.
Глава 23
Эла
После встречи с Вадимом прошла неделя.
Эла до сих пор пребывала в недоумении и растерянности. Сама того не желая, она мысленно возвращалась к злополучному свиданию в клубе, раз за разом прокручивая сцены и разговоры с Вадимом. Его поведение возмущало до слёз и вместе с тем ужасно бесило.
Почему он был так груб с ней? В чём причина такого отношения? — Терзалась она вопросами. Уж кому из них двоих следовало обижаться, так это ей. Знал бы он, сколько ей пришлось пережить тогда, девятнадцать лет назад.
И всё же, какое счастье, что Вадим не искал её, не караулил у подъезда, ведь что ему стоило узнать её адрес, да хоть у той же болтливой Лариски. Но нет, Вадим не предпринимал никаких попыток увидеться. Он словно затаился, залёг на дно, а может, ему и в самом деле было наплевать? Тщетно Эла убеждала себя в том, что и ей всё равно: неприятное чувство досады брало верх, в душе копошился червь сомнения. Эла пыталась справиться с волнением, но безуспешно, эмоции накатывали волнами, картинки прошлого всплывали перед глазами в мельчайших деталях. Выходит, ничего не забыто!
Эдик замечал её неспокойствие и метания, но в душу не лез. Только однажды спросил, здорова ли она и что её так тревожит? От его проницательных взглядов хотелось укрыться, сбежать куда подальше. Врать она не умела, выложить правду о встрече с бывшим не смогла. Хотя какую правду? У самой в голове скопилось множество вопросов, на которые она не могла найти ответов.
Они не занимались любовью почти неделю. Эла тихо ложилась в постель, прижималась к груди Эдика, словно искала защиты и утешения. Он ни на чём не настаивал, обнимал её крепко, поглаживал спину, осторожно целуя в макушку, и они засыпали.
Впервые за всё время Эла радовалась отъезду любимого — несколько дней назад он улетел в Казань по делам кафедры.
— Может, мне не ехать? — поинтересовался Эдик за день до командировки.
— Что ты, милый, у тебя такая важная встреча, — уверяла его Эла. — А у меня столько дел накопилось перед свадьбой, даже подумать страшно.
После отъезда Эдика Эла мучилась бессонницей, она не могла найти удобную позу, чтобы расслабиться и уснуть. Ночи казались бесконечно долгими, супружеская постель — огромной и пустой.