Лина едва сдерживала слёзы отчаяния. Московская квартира казалась ей унылой и душной, стены давили, и настроение было хуже некуда. Привыкшая к свободе душа рвалась на волю.
Сердце ныло от осознания того, что встречи с Филиппом будут нечастыми. Да и как по-другому, если все дни были расписаны занятиями. Хотелось сесть на электричку и уехать обратно к нему, а там будь что будет. Но глядя на мать, увлечённо перебирающую наряды и наглаживающую блузки для консерватории, Лина пристыженно отводила глаза. Всё же Марта во многом шла на уступки, и незачем было провоцировать её на конфликт. Лучше набраться терпения и дождаться встречи, уговаривала себя Лина.
Они с Филиппом созванивались несколько раз в день и болтали часами. Прощались, сбрасывали вызов и снова набирали друг друга, порой одновременно.
— И как тебе живётся одному, не скучно? И когда мы теперь увидимся? —вздыхала Лина.
— Скучно, конечно. Я скоро приеду к тебе, Лин. — Филипп улыбался в трубку. Он никогда не ныл и не жаловался, но Лина знала: ему тоже тоскливо и одиноко быть там, в безлюдной деревенской глуши.
Вернувшись в Москву, Марта заметно расслабилась и уже не наседала на Лину так рьяно, не нагружала домашними делами, позволяя ей выспаться и отдохнуть.
— Ну чего ты дома сидишь, грустишь, пошла бы с Лёшей нашим прогулялась, — предложила мать к великому удивлению Лины. — А что, скоро занятия начнутся, последние деньки лета можно побездельничать, — добавила она, будто оправдываясь за свою недавнюю жёсткость.
— Не получится, мам, — с каким-то особенным удовлетворением откликнулась Лина. — У Лёхи теперь девушка есть, и он каждую свободную минуту проводит с ней.
— Девушка? Как так? — удивилась Марта. — Такого парнишку потерять! Эхехех…
— Мама, Лёха никуда не потерялся. Он был и всегда останется мне другом. И я очень-очень за него рада. Наконец-то и у него всё по-настоящему круто!
У Лёхи действительно всё закружилось с Фенечкой, и он светился от радости, как начищенный пятак. Их интересы во многом совпадали: они предпочитали одну музыку, вместе ходили на вписки, делали репортажи с концертов, даже завели свой ютуб-канал и стали выкладывать видео с каверами на любимые песни. Лёха играл на гитаре и пел, Фенечка подпевала, ловко потряхивая шейкером. За месяц с небольшим у них появились подписчики и даже фанаты. Об этом Лина узнала от Лёхи в первый же день приезда в Москву. Лёха взахлёб рассказывал о своих приключениях, скидывал ссылки на видео и делился планами на осень.
Филипп был в курсе всех Лёхиных дел, они неплохо общались в личке и даже собирались замутить какой-то совместный проект. У Филиппа скопилось немало красивых клавишных тем и электронных сэмплов, и он мечтал воплотить идею в жизнь: смешать инди и хип-хоп музыку. Лина прочитала об этом в одной из переписок с Лёхой и даже немного обиделась на парней. Почему она узнаёт об этом впервые, что за тайны? Лёха сетовал на утечку информации и взял с неё слово, что она ни за что не расскажет об этом Филиппу. Любопытно, кто из них будет петь, а кто начитывать тексты?
В последних числах августа Филипп перебрался к друзьям в сквот.
Они встретились днём накануне первого сентября, у входа в метро на станции Театральная. Филипп успел сделать стильную стрижку и приодеться. В новом образе он был совершенно неотразим, он снова стал тем самым парнем из группы А-$peeD. Лина не могла отвести от него глаз. Стоило расстаться на неделю и увидеть его совсем в другой обстановке, чтобы заметить, как он посвежел и окреп. А о былой болезни можно было только догадываться.
— Филипп! — Лина подбежала к нему, и они обнялись.
Так и стояли посреди спешащей толпы и целовались у всех на виду, позабыв о моралях Марты. Оба льнули друг к другу, истосковавшись по объятиям и ласкам. Чувствовались дни вынужденной разлуки.
А потом, взявшись за руки, бродили по шумным улицам города, радуясь встрече, будто не виделись целую вечность.
— Ты такая красивая. Я всё думал, как это будет. Я скучал, сильно скучал по тебе.
— Я тоже скучала, Филипп.
— И как тебе удалось сбежать от матушки Марты?
— Я сказала ей правду, что спешу к тебе на свидание.
— Вот это прогресс!
Они наконец-то были вместе! Филипп выглядел таким умиротворённым и счастливым. Его глаза сияли как два янтаря, будто сама осень добавила в них золота тёплых красок. Он любовался ею так искренне и трогательно, что у Лины от смущения пылали щёки.
Отчего он так счастлив, неужели он испытывает те же чувства, что и она? Ведь эмоции красноречивее любых слов! От этих мыслей Лине хотелось вспорхнуть в небеса.