Эла нарядилась в лучшее вечернее платье, сделала красивую причёску и новенький маникюр. Она-то предполагала особое внимание к своей персоне, а потому должна была быть во всеоружии. Кто знает, может туда и аспирантку Жанну позовут, ту, что увивается возле её будущего мужа. Это, конечно, вряд ли, но чем чёрт не шутит? Наверняка на банкете будут и другие дамы, питающие к Эле интерес. Всё же она спутница ректора.
— Любимая, ты сегодня особенно хороша, — подбодрил её Эдик, заметив, как долго она прихорашивается перед зеркалом. — За такой красавицей глаз да глаз. Как бы тебя не украл какой-нибудь именитый гость.
— Обломается, — прищурилась Эла, окинув его придирчивым взглядом. — М-м-м… новый костюм тебе очень к лицу! Боюсь, что сегодня именно мне придётся отбиваться от твоих горячих поклонниц.
— Ну, разве что от Валентины Петровны, — лукаво улыбнулся Эдик. Его глаза довольно блестели. Так всегда бывало, когда они затевали между собой шутливую пикировку.
— Жанну знаю, а это ещё кто? — наигранно возмутилась Эла.
— Проректор по учебно-воспитательной работе. Слишком деятельная дама. Так и фонтанирует идеями, порой совершенно абсурдными. Я не успеваю выносить на совет её предложения и вежливо их отклонять.
— Ого, да ты неплохо проводишь на работе время. Жарко там у вас, как на раскалённой сковороде. А может у неё так симпатия к тебе проявляется? Тогда ей простительно всё.
— Вот здесь включается настоящая женская фантазия. Несуществующие пазлы встают на место и быстро дорисовывают картинку. — Эдик с улыбкой надвигался на неё, явно намереваясь обнять.
— Это… это сейчас в чей огород камень? В мой что ли? — Эла толкнула его локотком в бок, но он увернулся, смеясь.
— Так и хочется тебя утащить в спальню, — томно вздохнул он, скользнув тёплой ладонью по её талии, и притянул к себе.
— О, нет, нет! Ты испортишь мне причёску и макияж, — запротестовала Эла. — Всё, Эдик, я готова, можно выходить!
Через тридцать минут они благополучно добрались до отеля и вошли в ресторан.
Место и впрямь оказалось шикарное: уютный зал, круглые столики, плюшевые кресла с удобными спинками, мерцающие огоньки гирлянд на стенах. И обслуживание на высшем уровне: симпатичные расторопные парни в белых рубашках и улыбчивые девушки в строгих юбках, все как на подбор.
Вот только компания подобралась довольно скучная, старички интеллигенты и их высокомерные жёны.
Правда перед Элой никто не посмел задирать нос, все обращались к ней с должным почтением и милыми улыбками. Эла ловила на себе восхищённые взгляды мужчин и удивлённо-завистливые женщин, но держалась невозмутимо и с достоинством, словно королева, в честь которой устраивали пир. И на приветствия отвечала немногословно. Всё в рамках приличий.
К великому неудовольствию Элы Жанна тоже была в числе приглашённых. Сидела в гордом одиночестве, сложив на столе холёные ручки, и, похоже, как и Эла, ощущала себя здесь белой вороной, нечаянно затесавшейся в стаю толстоклювых бронзовых воронов.
Об этом говорили её мимика и лебезящий, преувеличенно вежливый тон, с которым она обращалась к профессорам, пытаясь вставить хоть слово в громкий учёный спор. Однако её реплики часто терялись в шуме голосов и почти всегда оставались без ответа. Эла даже посочувствовала ей. Честное слово, лучше бы молчала с умным видом.
А уж как Жанна смотрела на Эдика. Казалось, её пылающие румянцем щёки вот-вот треснут от приторно слащавых улыбок.
— Эдуард Филиппович, Эдуард Филиппович, послушайте… А… а помните как мы с вами изучали статью о… — пыталась обратить на себя его внимание Жанна. И выглядело это довольно комично и жалко. Так и хотелось её стукнуть чем-нибудь тяжёлым, чтобы привести в чувство.
«Ну, в самом деле, разве можно быть настолько тупой влюблённой дурой!», — посетовала Эла, с досады уронив вилку на пол.
Пока Эдик общался с коллегами, Эла скучала и думала о своём, заумные беседы и пафосные тосты, её утомляли. Даже алкоголь не спасал. Она посматривала на часы и потягивала вино из бокала, время от времени перекидываясь эсэмэсками с Ларисой.
— Так вы сейчас в Парламенте? — писала подруга. — О, это такой шикарный отель. Круто-круто… Я даже завидую тебе. Ну, отдыхай.
Однако через десять минут телефон снова тренькнул от входящего сообщения, и снова от Лариски.
— Слушай, Эл. Там на крыше разбит настоящий сад. Дизайнерская находка с фонтанчиками, газонами, деревцами. И лабиринт есть, и бассейн вроде бы тоже. Вид на город шикарный, ещё бы, с пятидесятого этажа. Обязательно туда поднимись, когда ещё такая возможность представится!