— Не знаю, там видно будет, но я вернусь, так что без меня не расслабляться тут.
— Уже боюсь, — заулыбалась она, ковыряя вилкой сочную гренку. Душа так и порхала в небесах, и было совсем не до еды.
Глядя на Лёху, с аппетитом уплетающего завтрак, Лина задумалась. А ведь он довольно легко пережил разлуку с Танюшей. Никогда не заводил разговор о бывшей и казался вполне жизнерадостным и весёлым. Ну разве только однажды, перед поездкой на дачу.
Тогда Лине пришлось убеждать его в том, что он настоящий красавчик. Она же места себе не находила, пока ожидала весточки от Фила, и вот теперь опьянела от счастья, даже самой неловко насколько. И ведёт себя как настоящая влюблённая дурочка. А Лёха делает вид, что не замечает. Это совершенно точно. Так в чём секрет Лёхиного спокойствия? Лина набрала полную грудь воздуха, решив задать другу вопрос в лоб.
— Лёш, поделись опытом, как у тебя получилось так быстро отвлечься? Если что, я про Разинскую.
Лёха чуть не поперхнулся, поднял на Лину взгляд, даже жевать перестал.
— Ну… я в учёбу ударился. Писал сонеты.
— Интересно. Что за сонеты? Ну-ка расскажи, — потребовала она.
Лёха громко сглотнул, изобразив на лице безутешную скорбь, и прочёл монотонным голосом:
— Прошла любовь, завяли помидоры, видать, не тот использовал навоз… — Он, как всегда, паясничал, картинно двигая бровями.
— Хм, очень содержательно. — Лина подпёрла щёку кулаком, облокотившись о стол. — Да, Лёха, у тебя даже страдать по-человечески не получается. Ну что за стёб? Мне кажется, что у мальчиков всё гораздо проще.
Лёха задумался, рассеянно глядя будто сквозь Лину. На мгновение ей показалось, что в смешливых глазах друга промелькнула тоска.
— Это только кажется. — Он тяжко вздохнул и потянулся за добавкой.
Тарелка его была пуста, за всё то время, пока Лина упивалась чувствами, он успел прикончить львиную долю гренок и выпить большую кружку кофе.
Она озадаченно свела брови, подметив, что Лёха снова стал есть больше обычного.
— Эй… Э-эй! — одёрнула она друга. — Лёша, остановись. Так недолго снова вернуться в прежний вес!
— Да, я что-то забылся. Мне ехать нужно. — Лёха отодвинул тарелку и быстро поднялся из-за стола. — Если выйду сейчас, то успею на элку сесть, она через полчаса.
После отъезда друга Лина слонялась по дому, не зная, чем себя занять. Отчего-то Лёхины слова запали в душу, и та эмоция, что промелькнула в его глазах на вопрос о Танюше, заставляла задуматься. Как бы он ни притворялся, а боль до сих пор к нему возвращается. И почему она решила, что у мальчиков всё проще?
Лина вдруг припомнила татуировку на запястье Макса — сердечко с буквой «К» — и облик темноволосой девушки Камилы, промелькнувший в его сознании, на имя которой он так болезненно отреагировал. Даже такой ветреный и самовлюблённый парень, как Макс, способен на глубокие чувства, а уж Фил… Лина достала телефон и отправила Филиппу сообщение гораздо раньше, чем задумала.
«Ок. Принято!» — написала она, прикрепив улыбающийся смайлик. Большего она позволить себе не могла и так дала слабину.
Однако ответа не последовало ни через час, ни через два. Макс тоже молчал.
Лина нетерпеливо поглядывала на дом Полянских. Соседская дача дремала в сонной тишине погожего июльского дня, будто там за окнами не было ни единой души. Да куда они все запропастились? «Нет, так дело не пойдёт, — отругала сама себя. — И что бы на это сказала мама? „Уж замуж невтерпёж!“ — вот бы что сказала она. Нужно немедленно покончить с рефлексией и заняться делом».
Умывшись, Лина расчесала волосы редким гребнем — всё для того, чтобы унять пожар в душе — и села за разбор новой пьесы. Она провела за фортепиано несколько часов подряд, сняв с клавиатуры руки только тогда, когда пальцы заломило от боли. Часы на кухне пробили шесть раз. На телефон Лина старалась не смотреть, схватила первую попавшуюся книгу с книжной полки. Как оказалось, «Приключения Шерлока Холмса». Немного подумав, взяла блокнот со стола, в котором делала зарисовки своих впечатлений, и вышла во двор.
Она обошла вокруг весь дом, остановившись под окнами детской, и стала с пристрастием изучать каждый кирпичик. В памяти тут же всплыл случай с медведкой, которую в детстве проказник Филипп подложил под подушку прямо в её постель. Выходит, он запросто смог вскарабкаться по выступам в стене и пробраться в окно. Да и Макс тоже не промах, только надо ли ему заморачиваться с цветами? Хотя…
Лина намеренно выбрала место в саду, откуда не видны окна дома Полянских, и всё для того, чтобы не было соблазна заглядываться на них. Нет уж, у неё найдутся дела поинтересней.