— В другой реальности Старк убил Кортеса за предательство. К сожалению, ему помешали тогда же убрать Рона Хайльда, открыли охоту, и генерал был вынужден бежать из Аквилона.
— За Старком армия, ему доверяет лидер, — заметил кэп, судя по вспыхнувшему взгляду, его заинтересовали мои слова про реальность.
— Что, безусловно, тревожит младшего Хальда. И если он замешан, значит, постарается убрать Старка любым способом, — Гарет вернулся, избавившись от тела. И мне совершенно не хотелось знать, куда он его дел.
— Это не первое и не последнее покушение. Но до бала и представления Старком своей жены лидеру он справлялся.
— У генерала есть жена? Не знал об этом, — оживился кэп, но наткнувшись на мрачное выражение лица Ансара, тут же затих.
Я не стала здесь, и сейчас говорить об особенностях генерала и его сущности Пожирателя. Однажды он сумел себя сдержать, хотелось бы верить, что сможет и теперь. Пожиратели в Каганате преследуются по закону, если они не состоят на учете, не принимают сдерживающих суть препаратов и не проходят регулярное медицинское обследование.
— Нам пора возвращаться, — Ансар первым подошел ко мне и взял за руку.
С вызовом посмотрела в его глаза, улыбнулась, и тихо спросила:
— Не боишься, что потеряю по дороге?
— Нет, — Ансар вернул мне улыбку, — ты меня не потеряешь.
— Признаться, тебе удалось меня удивить, — Рейс с трудом парировал удар, не позволяя противнику нанести новый. Ансар был старшим в роду, и, получив по сравнению с Орданом менее впечатляющие ментальные способности, превосходил его в физическом и магическом плане. Поэтому спарринги между ними проходили всегда стремительно, травмоопасно и непредсказуемо.
— Представь себе, каким глупцом выглядел я, созерцая на ее пальце наш родовой артефакт. Кстати, я проверил, теперь их действительно два. Так что традиции летят к даркху.
Выпад и Рейса вминает в стену. Отстранившись, тот расправил плечи, демонстративно стряхивая с одежды осыпавшуюся крошку.
Замах, Ансар успел увернуться, но кулак противника прошел по касательной, оставив саднящий след на скуле, который тут же начал регенерировать. Они часто уединялись в тренировочном зале, чтобы размяться без свидетелей и оружия. Они сами были опасным и смертоносным оружием.
— Ты меня сегодня радуешь. Думаешь, мне удастся найти кого-то, кому я захочу надеть на палец второе кольцо?
— Можешь просто любоваться на него одинокими тоскливыми вечерами, — Ордан получил рассечение брови, и пока рана затягивалась, успел провести пару ударов, успешно блокированных Стрелком.
— Думаешь, между вами, в той реальности было что-то настоящее? — Рейс резко прервал бой, уставившись на Пса. Тот застыл, глядя на свои сжатые в кулак ладони.
— Не знаю, Ордан. Мне сейчас вообще трудно об этом думать. Я поражен, взвинчен и зол. Она не собиралась посвящать меня в некоторые детали нашего совместного прошлого. И сейчас, думаю, многое скрывает. Требует свободы, но как я могу позволить ей рисковать?
— И поэтому набросил на нее поводок? Сомневаюсь, что она так легко смирится. Не тот характер.
— Зато останется жива, — буркнул Ансар. — И перестанет вмешиваться в опасные игры.
— Даже если мы рискуем потерпеть поражение на Менге? Без ее вмешательства все может произойти не по плану. К тому же, ты сам сказал, что представлял для нее опасность. Вдруг ситуация повторится, и ее некому будет защитить? Насколько ты уверен в себе? Что если эта излишняя уверенность и привела ее сюда, к нам? Ты подозреваешь, что погиб в ее будущем. Ты хочешь, чтобы она пережила твою смерь еще раз?
Ансар все так же стоял, застыв мрачной давящей статуей, слушая и слыша Рейса, однако не в силах заглушить тревожный голос у себя в голове, нашептывавший ему захватить, спрятать, удержать, чтобы спасти ту, кого приняла и оберегает магия его рода.
— Что ты чувствуешь к ней сейчас? — тихо спросил Ордан.
— Интерес, — не задумываясь, ответил Ансар, — она меня привлекает, даже не внешне. Какая-то внутренняя сила, упорство, готовность рисковать ради того, во что она верит. Еще я раздражен ее тягой к самостоятельности.
— И все же, она была не свободна.
— Генерал Старк не может стать достойным соперником. Ему достаточно оказаться в Каганате, чтобы предстать перед трибуналом. Но перед этим я сам доступно поясню, что на Ромину он претендовать не может.
Ансар поднял взгляд на Ордана. Его глаза удовлетворенно блеснули.