Глава 8.2
Дамиан де Ленгарт.
Первый советник Императора Андриана аль Тайера.
Андария, летняя резиденция Императора.
- Советник, семья которого находится в вечном стрессе, его дочь... - Андриан взмахивает руками и обходит меня, направляясь к письменному столу. - Она то пропадает, то внезапно появляется и игнорирует все приглашения Императора. Ты уверен, что тебе пойдет это на пользу, Дамиан?
- Ты угрожаешь мне?
- Я лишь описываю ситуацию, в которой ты оказался и не хочешь из нее выбираться.
Я не надеялся на поддержку. Мне нужно было поставить его в известность о том, что Анелия моя и она жива. Я не могу жениться на той, кого считают погибшей.
- Каждый должен жить настоящим, чтобы потом добраться на будущего. И это мой выбор, мое решение. Забудь про Анелию. Отныне, это моя ответственность. Не твоя.
- Да как ты смеешь... - взрывается маг и ударяет кулаком по столу.
- До встречи, друг.
Не обращая внимания на ярость Андриана, я покидаю его кабинет и направляюсь к своей семье.
Анелия жива.
Она появилась на пороге моего дома в Нэйране несколько недель назад: слабая, в порванной сорочке и со спутанными волосами, которые доходили ей до ягодиц. Шок, который я испытал, невозможно описать словами.
Я собственными глазами видел, как она сгорела, оставив после себя кучку пепла. Несколько дней я был в агонии. Часть меня умерла там же, вместе с девчонкой, укравшей мое сердце, душу, жизнь. Демон внутри вопил от несправедливости и боли, а я кричал вместе с ним.
Что я сделал для неё при жизни? Угрожал, причинял боль, манипулировал. А теперь... Теперь уже поздно. Я даже не мог принести простые извинения. Кому их приносить?
Анелия не заслуживала того, что было ей предписано Богами. Страдания, унижения... Я - одна из причин этих страданий. Ничтожество, пытающееся самоутвердиться за счет хрупкой девчонки.
Я пытался ограничить её, запереть в комнате, лишь бы она не участвовала в ритуале, но сделал только хуже. Мы искали другой способ, чтобы убить Генриха, но малышка оказалась быстрее, умнее. Я прекрасно понимаю, как сильно Анелия ненавидела меня в момент, когда пришлось подчинить её.
Подчинение - то, чего она больше всего боялась. И я использовал этот страх против неё. Низко, подло.
Единственное, о чем я просил Богов - перерождение Нели в теле малышки, которой бы не пришлось страдать. Мне хотелось сделать для неё хоть что-то хорошее, если не при жизни, так хоть после.
Глупо надеяться, что этим я смогу хоть чем-то ей помочь, но... Я хотел верить, что у моей пары все будет хорошо. Что она будет счастлива там, за гранью, где нет никого из нас.
Элина кричала первые сутки без остановки. Наша с Анелией дочь каким-то образом чувствовала, что матери нет в мире живых и не могла смириться с этим. Я укачивал плачущего ребёнка и не замечал, как сам начинал рыдать.
В моей груди была огромная дыра, которую теперь ничем не заполнить. Чувство вины съедало меня, медленно убивая. Её нет в живых. Я не чувствую связи. Моей пары нет в этом мире.
А потом Элина затихла. Внезапно, поместье Ленгарт утонуло в тишине. Я даже не знаю, что лучше: слёзы или полное отрешение.
И я бы ушел вслед за Анелией, но не смог оставить дочь без обоих родителей. По моей вине она лишилась матери. Хоть один родитель должен жить.
Как же мне хотелось поменяться местами с моей девочкой аромата лаванды.
- Он сильно бушевал? - на меня с тревогой смотрели родные синие глаза, а я не мог ничего произнести, просто улыбался как последний идиот и смотрел на девушку. - Ты головой ударился?
- Все хорошо. - притягиваю её к себе и утыкаюсь носом в макушку. - Теперь все будет хорошо.
Анелия три дня находилась без сознания, а потом... Потом мы говорили всю ночь и не могли остановиться. Наверное, только после всего произошедшего мы впервые полностью открылись друг другу, выбросив тайны из наших сердец.
Она осталась рядом со мной. Дала мне последний шанс, поставив несколько условий, при нарушении мной которых Нели забирает нашу дочь и уходит, навсегда исчезая.
А я... Я согласен на все, лишь бы мои девочки были счастливы.