— Если мою тетю похитили, — сказал Джефф, — они должны были быть готовы ее увезти. Я пройду вдоль берега реки и поговорю с теми, кто работает на причалах. — Он улыбнулся. — Если нас послушать, то можно подумать, будто это говорят настоящие курсоры.
— Очень забавно, — сказала Габриэль и улыбнулась.
Трое друзей переглянулись, и Джефф показалось, что его тревога отразилась в глазах Адриана и Габриэль.
— Будьте осторожны, — попросил он. — Не рискуйте и сразу убегайте, если почувствуете опасность.
Адриан кивнул. Габриэль коснулась руки Джеффа.
— Хорошо, — сказал Джефф. — Выходить будем по одному.
Габриэль кивнула и погасила светильник. Они подождали, когда глаза привыкнут к сумраку, а потом Габриэль выскользнула из класса. Через несколько мгновений Адриан тихонько сказал:
— Удачи, Джефф. — И исчез в темноте вслед за Габриэль.
Джефф сидел на корточках с закрытыми глазами, он вдруг почувствовал себя маленьким и несчастным. Ему стало страшно. Он только что попросил друзей о помощи. Если они пострадают, это будет его вина. Макс томится в Серой башне, он стал узником, пытаясь ему помочь. Снова по его вине. И еще Джефф чувствовал, что он является причиной несчастий, свалившихся на его тетю Беллу. Если бы он не оказался вовлеченным в события, которые привели ко Второму вестландскому сражению, Первый лорд не стал бы использовать Беллу в политических целях.
Конечно, если бы он тогда остался в стороне, его тетя могла погибнуть — вместе со всеми обитателями долины Вестланд. И все равно вина тяжелым грузом давила Джеффу на плечи.
Если бы только Макса не посадили в Серую башню. Прямые приказы Первого лорда могли привести в действие Гражданский легион, да и Королевский легион мог бы присоединиться к поискам, потом Первый лорд обратился бы к лояльным верховным лордам и сенаторам, и тогда многое бы изменилось.
Но Гай не мог прийти на помощь. Макс заточен в Серую башню, попасть в которую практически невозможно, его охраняет могущественная магия…
Но ведь есть же люди, способные ее преодолеть!
Джефф вскинул голову, у него возникла неожиданная идея. А ведь правда, существуют люди, способные преодолеть магическую защиту Серой башни. Они сами могут и не творить магию, но умеют ее каким-то образом обходить и добираться не только до пекарен и кузниц, но и до хранилищ ювелиров.
И если они способны преодолеть магическую защиту, возможно, они сумеют войти в Серую башню. Если кому-то удастся пробраться туда и вытащить Макса так, чтобы стража ничего не заметила, Макс вернется в цитадель и начнет изображать Гая Секстуса. И тогда вновь появится Первый лорд, способный перевернуть город в поисках тети Беллы.
Джефф понял, что должен сделать.
Поймать Черного Кота.
Теперь речь шла не о выпускном экзамене. Джефф должен убедить вора помочь ему войти в Серую башню и освободить его друга Макса. И очень скоро. Каждое потерянное мгновение может стоить его тете жизни.
Джефф вышел из класса, запер за собой дверь, положил ключ на место и быстрыми бесшумными шагами направился в ночь.
Глава 30
ГЛАВА 30
Джефф и сам не знал, почему он решил направиться на улицу Ремесленников, расположенную у подножия горы, на вершине которой находилась цитадель. Здесь не бывало роскошных вечеринок в ухоженных садах, как на других улицах города, и не найдешь ювелирных лавок. На улице Ремесленников жили те, кто добывал пропитание своими руками, — кузнецы, ветеринары, извозчики, ткачи, пекари, каменщики, мясники, торговцы, плотники и сапожники. По деревенским стандартам их дома казались роскошными, однако по сравнению с особняками граждан столицы они выглядели скромно.
Но если улице Ремесленников не хватало роскоши, она с легкостью компенсировалась страстью. Для людей, которым приходилось напряженно работать каждый день, Зимний фестиваль был самым любимым временем в году, и люди прикладывали огромные усилия, планируя свой отдых. В результате не было такого часа в течение дня или ночи, когда на улице Ремесленников не происходило бы какого-нибудь веселого сборища: люди ели и пили, звучала музыка, танцевали парочки, играли в разные игры. Отсюда постоянно доносился веселый гвалт.
Джефф выбрал темную одежду, а сверху накинул плащ с капюшоном, скрывавшим лицо. Добравшись до улицы Ремесленников, он с некоторой растерянностью огляделся по сторонам. Праздники были в полном разгаре, свет магических фонарей превращал ночь в день. Играло никак не меньше трех различных групп музыкантов, а на мостовых мелом были очерчены места для кружащихся в танце парочек.