Джефф ничего не сказал. Он подошел к одному из столбов и принялся тереть грудь.
Маэстро снова ударил палкой в пол.
— Адриан. Надеюсь, ради всех великих астелов, что у тебя больше решительности, чем у него.
Экзамен закончился, когда Габриэль аккуратно отбросила в сторону руку маэстро и палка отлетела в сторону. Джефф наблюдал за тем, как трое его товарищей добились успеха там, где он потерпел поражение. Он потер глаза и попытался не обращать внимания на то, что ему отчаянно хочется спать. В животе у него урчало, то и дело все внутри сжималось от голодных болей, когда он вместе с остальными учениками опустился на колени перед маэстро.
— Очень слабо, — заявил Килтон, когда Габриэль закончила. — Вам всем нужно больше времени проводить на тренировках. Одно дело — показать хороший результат на экзамене в зале, и совсем другое — настоящий бой. Я надеюсь, вы будете готовы к тесту на проникновение в тыл противника, который состоится в конце Зимнего фестиваля.
— Да, маэстро, — ответили они более-менее одновременно.
— Тогда ладно, — сказал Килтон. — Прочь с моих глаз, щенки. Вы еще вполне можете стать курсорами. — Он замолчал и наградил Джеффа мрачным взглядом. — По крайней мере, большинство из вас. Сегодня утром я договорился на кухне, чтобы там подогрели для вас завтрак.
Все дружно встали, но Килтон положил свою палку на плечо Джеффа и сказал:
— Для всех, кроме тебя. Нам с тобой нужно поговорить о том, как ты сдавал сегодня экзамен. Остальные свободны.
Адриан и Габриэль взглянули на Джеффа и поморщились, затем смущенно улыбнулись и ушли.
Макс хлопнул его по плечу громадной ручищей, когда проходил мимо, и тихонько сказал:
— Не поддавайся ему.
И они ушли, закрыв за собой мощные железные двери.
Килтон вернулся к жаровне и сел, протянув к ней руки, чтобы немного согреться. Джефф подошел к нему и опустился на колени. Килтон на мгновение прикрыл глаза, и на его лице появилось страдание, когда он принялся сжимать и разжимать кулаки, вытянув перед собой руки. Джефф знал, что маэстро мучает артрит.
— Я справился?
Лицо старика смягчилось, и на нем мелькнула улыбка.
— Ты прекрасно изобразил их слабости. Антиллар не забыл посмотреть на меня перед тем, как нанести удар. Габриэль постаралась расслабиться. Адриан действовал без колебаний.
— Это, наверное, здорово.
Килтон склонил голову набок.
— Ты огорчен тем, что в глазах друзей выглядел настоящим неумехой?
— Думаю, да. Но… — Джефф задумчиво нахмурился. — Мне трудно их обманывать. И мне это не нравится.
— Тебе и не должно это нравиться. Но мне кажется, тут что-то еще.
— Да, — сказал Джефф. — Понимаете… они единственные знают, что я прохожу подготовку, чтобы стать курсором. Единственные, с кем я могу поговорить почти обо всем, что люблю и что меня беспокоит. И я знаю, они так себя ведут из самых добрых побуждений, но еще мне известно то, что они не договаривают. Я вижу, как осторожно они пытаются мне помогать, стараясь сделать это так, чтобы я ничего не заметил. Сегодня Адриан решил, будто должен защитить меня от Гарри. Адриан.
— Он верный друг, — улыбнувшись, сказал Килтон.
Джефф поморщился.
— Но ему не следовало это делать. Я и без того совершенно беспомощен.
— Это в каком же смысле? — нахмурившись, спросил Маэстро.
— А в том смысле, что я могу выучить все приемы борьбы, какие только есть на свете, но это не поможет мне против сильного мага, имеющего нескольких астелов. Кого-то вроде Гарри. Даже если у меня будет в руках оружие.
— Ты несправедлив к себе.
— Я вас не понимаю, — сказал Джефф.
— Ты гораздо способнее, чем тебе кажется, — ответил Килтон. — Возможно, ты никогда не станешь таким умелым мечником, каким может быть могущественный маг металла, или не будешь обладать быстротой мага ветра или силой мага земли. Но магия астелов — это еще не все. Мало кто из магов наделен дисциплиной и оттачивает свои умения. Ты это сделал. Сейчас ты готов противостоять им даже в гораздо большей степени, чем многие из тех, кто обладает незначительным талантом к магии. Тебе есть чем гордиться.
— Как скажете. — Джефф вздохнул. — Но мне трудно в это поверить. Почему-то у меня нет ощущения, будто мне есть чем гордиться.
Килтон рассмеялся, и его смех был на удивление ласковым и теплым.
— Это говорит юноша, который помешал орде Маратов напасть на Астелию и завоевал покровительство самого Первого лорда. Твоя неуверенность происходит из-за того, что тебе семнадцать, а вовсе не из-за отсутствия астелов.