Берг утвердительно зарычал:
— Не получилось. И тогда я привел тебя сюда.
Джефф склонил голову набок и внимательно посмотрел на Берга:
— Зачем?
— Не понял?
— Зачем ты мне это показал? Ведь ты враг нашего народа.
Некоторое время Берг смотрел на Джеффа, а потом ответил:
— Да. И однажды наступит день, когда мой народ придет за вами, щенок. Но если я разорву горло твоему Первому лорду, то это произойдет на поле битвы, после того как я сожгу ваши земли, уничтожу дома и воинов — и тебя. И не будет никаких тайн. Волшебства. И предательства. Настанет день, когда я покончу со всем вашим народом, астелианец. И ты увидишь мое приближение.
Джефф сглотнул, его охватил страх.
— Но меня тошнит от методов Хорта, — продолжал Берг. — Он принес в жертву жизни членов моей стаи, рассчитывая, что предательство подарит нам ваши земли. Он презрел мои полномочия. Он заключает союзы с неизвестными силами, пользуется чужим колдовством. Он лишит нашу победу страсти и чести. — Берг поднял когти правой руки и некоторое время смотрел на них. — Я этого не потерплю.
— Теперь он хочет и твоей смерти, — заметил Джефф.
Берг снова обнажил клыки:
— Я слишком поздно узнал о его предательстве. Все, кроме двух моих стражей, околдованы. Но теперь никого не осталось. Меня будут выслеживать. Возможно, убьют. Но я не позволю Хорту сказать, что он сумел победить. Так что следующий ход за тобой, щенок.
— За мной? — спросил Джефф.
Берг кивнул и прорычал:
— У тебя совсем немного времени. И мы оба знаем: даже если я поговорю с Гаем, он далеко не сразу мне поверит. — Берг натянул на голову капюшон и повернулся к выходу из туннеля. — Очень скоро Хорт нападет на мой след. Я уведу его прочь. Теперь только ты способен их остановить, щенок.
Берг исчез в темноте, оставив свою тусклую лампу Джеффа.
— Вороны, — пробормотал Джефф. — Ну почему я постоянно попадаю в такие истории?
Глава 38
Роланд не мог не отдать должное стедгольдеру Белле: эта женщина обладала мужеством. Всего несколько часов назад она была ранена во время нападения, в результате которого погибли все ее друзья в столице. Она сама чудом избежала смерти — если бы Роланд выпустил свою стрелу на мгновение позже, то выстрел лучника получился бы более точным. А сейчас ее окружали убийцы и предатели.
Тем не менее она держалась с удивительным достоинством, когда они покинули относительно безопасную комнату в борделе. Белла не стала спорить и надела слишком большой для нее плащ и лишь слегка покраснела, когда увидела, что происходит в салоне.
— Пользуется ли помощник вашего нанимателя, — заговорила Белла, когда они вышли на улицу, — его поддержкой?
Роланд задумался над словами, которые выбрала Белла. Она могла бы сказать «леди Аквитейн» и «лорд Аквитейн», но не сделала этого. Она поняла, что Роланд избегает произносить их имена там, где их могут услышать, и постаралась не ставить его в неприятное положение. У него даже появилась надежда, что у Беллы хватит гибкости, чтобы действовать с ними заодно.
— Целиком и полностью, — ответил он.
— У меня есть условия, — предупредила Белла.
Роланд кивнул.
— Вам придется подождать до встречи, стедгольдер, — сказал он. — Я лишь посланец и ваш эскорт. Но мне кажется, вы сумеете договориться.
Белла кивнула:
— Очень хорошо. Как далеко нам идти?
— Мы уже почти на месте, стедгольдер.
Белла недовольно вздохнула:
— У меня есть имя. И мне надоело, что все называют меня стедгольдером.
— Считайте это комплиментом, — посоветовал Роланд.
В этот момент волосы у него на затылке зашевелились, и он заставил себя не оборачиваться, как напуганная кошка. Кто-то за ними следил. Он давно играл в эти игры, чтобы допустить ошибку. Сейчас его не интересовали детали. Вчера он слишком часто показывался на улице, а в столице множество людей, которые готовы сдать его властям и получить награду.
— Ни одна женщина в нашей стране не имеет такого титула.
— Ни одна женщина в стране не знает моего рецепта хлеба с пряностями, — заметила Белла. — Но никто не склонен об этом говорить.
Роланд посмотрел на Белоу и улыбнулся. Одновременно он воспользовался моментом, чтобы посмотреть на тех, кто за ними следил. Двое крупных парней — почти наверняка речные крысы с одной из множества лодок, приплывших в столицу на Зимний фестиваль. Они были плохо одеты, а походка одного из них выдавала легкое опьянение.