— Ты когда ей маячок умудрился поставить? — хмурюсь, не припоминая ранее озвученной просьбы.
— Так сразу, кэп, — усмехается он, пожимая плечами. — Девчонка-то уникальная. Вообще вне всего, что ты любишь. Ни по одному параметру не подходит под вкус.
— Да ну, — канючу, убирая салфетки. — По мне, так всё идеально.
— Именно, — подтверждает соратник с готовностью. — А должна быть с заметным изъяном, с приличной долей долбанутости, а не полностью безупречной! Это же нонсенс, нет?
— Нет. Просто вкусы меняются.
— Быстро. Меняются, — поддакивает Серёга. — Поэтому и маячок сразу поставил. У тебя глаза, при едином упоминании о ней, играют особой придурью. И это не сейчас и вообще, а с первого дня знакомства. Куда было тянуть дальше, когда ты ей уже без зазрения совести пацана оставляешь?
— Скажешь тоже, — выдыхаю смеясь, а губы бесконтрольно удерживают положение широкой улыбки. — Это вообще случайно вышло.
— Спорим ты уже запал на неё? — берёт на понт тараня прямым взгляд в глаза.
— Не в моём положении, — рывком прохожусь пятерней по голове, взъерошивая волосы. Морщусь от боли в кистях.
— А ты проверь, кэп, — подначивает Серёга. — Возьми примирительный тортик, бутылку вина.
— Не прокатит. Она меня близко не подпускает. Да ещё и пить совсем не умеет.
— Говорю ж идеальная, — ржёт соратник, уходя к более габаритному автомобилю. — Поезжай, проверяй, насколько. Пара часов в компании малого, да с непривычки, то ещё зверское испытание!
— Это ты ещё про её пацана забыл при своём нехитром подсчёте! — перекрикиваю заведённый мотор, припоминая взгляд, которым тот меня провожал до выхода из торгового центра.
— Не, Дмитрий Андреевич! — выводит он хитро и ещё более громко. — Этот пункт на её уникальности совсем не сказывается, как и погоны бывшего! Тут уж вопрос твоего умения обойти обстоятельства и где-то прогнуться! Это твои очки в плюс или в минус! А вот, если она Андрюху выдержит, то...!
Ржёт, садясь в салон. Пару раз нажимает клаксон и отчаливает без продолжения фразы.
И правильно... Никто не выдерживал. К чему рыжей быть столь идеальной?!
Вначале едем вместе. Вскоре разъезжаемся. Сворачиваю на адрес новой знакомой, но перед этим всё же заруливаю в супермаркет и тарюсь всем, что красиво лежит. Без должной конкретики и совместимости по вкусу.
Парковка. Подъезд. Отмечаю Фиат, срисовываю взглядом номера. Не специально. На автомате.
Кривя губы тащу к подъезду три приличных пакета. Удачно захожу в внутрь с привлекательной девушкой, что приветствует меня ироничным:
— Дедушка, а что же вы сегодня совсем без настроения?
Значит та, что впускала тогда. Когда с ёлкой. Ёлку помню. Девушку на лицо совсем нет. Чудеса.
— Задолбался, внученька, — выдыхаю глухо, всё же пытаясь сложить губы в улыбку.
— Если что, я живу на пятом. На право, — бросает девчонка игриво и пробегает первая в сторону лестницы.
— Да мне бы хоть третий этаж осилить, — усмехаюсь, слыша в ответ вместо выпада или ёрничества простое человеческое поздравление с наступающим новым годом.
Отзываюсь взаимностью и ползу наверх, так же не желая тратить лишнее время жизни на ожидание лифта.
Нужная лестничная площадка. Дверной звонок.
— Привет. Чуть поближе что ли, — сую пакеты вперёд намереваясь войти внутрь квартиры.
Та, о ком думаю слишком много все эти дни, прогоняет по мне серьёзным заинтересованным взглядом. Осматривает сверху донизу. Звучно фыркает при виде рук:
— Очередную ёлку кому-то устанавливал не жалея себя?
Кривлюсь, заключая:
— Почти. Пустишь забрать своё? Я тут принёс какой-то вкуснятины на откуп...
— Твои вещи в багажнике, а ребёнок давно спит.
Женский голос звучит так обыденно, что поражает своей простотой и какой-то особой правильностью.
Жестом пропускает вглубь квартиры, позволяет войти и поставить у входа пакеты.
— Как тебе это удалось, мм? — всё же усмехаюсь, снимая ботинки. Криков нет, проклятиями с порога в меня никто не бросается.
— Удалось что? Запихнуть всё твоё добро из корзины в багажник? С трудом, — вздыхает маня пальчиком в сторону собственной спальни. На пути к закрытой комнате стоит полумрак.
— Потише, — проговаривает едва различимым шепотом. — Рядом комната сына. Стёпке ты совсем не понравился.
— А тебе? — задаю быстрее, чем успеваю обдумать.
Мягкая пауза в тишине позволяет убедиться в том, что её губы пребывают в улыбке. Лёгкой, но всё же. Хочет она или нет, а наше общение её веселит. Или порядком подбешивает, но всё же выделяет приток эндорфинов в крови. Что достаточно необычно, учитывая тот факт, сколько времени до этого проведено этой женщиной в компании Андрюхи.