«Я и не собираюсь. Мы должны договориться. Что бы сейчас хочешь?»
— Покоя.
«Ты его получишь. Я загляну в самые сокровенные твои уголки, вытащу на белый свет и вылечу твои страхи боли. Ты у меня будешь загляденье, не душа — кристалл. Только скажи «да» и та часть тебя, которая готова подчинить порывы разуму, в компенсацию за согласие отправится отдыхать, набираться сил и мудрости. Другой же частью, протестующей, просто потерпи. В тебе сейчас мало силенок, так что и раздражение будет небольшим.
— А долго терпеть? — испугалась Душа.
«Едва ты окрепнешь, мы пересмотрим договор», — успокоила бессмертную Тата.
— Точно?
— Конечно.
— Тогда, я как все.
«У меня еще одна просьба».
— Какая?
«Мне очень хочется иметь собственный бизнес. Но чтобы он развивался хорошо, ты должна петь. Это возможно?»
— Петь? — приуныла Душа.
«Ну, пожалуйста. Не надо заливаться соловьем и выводить рулады, пой в хотя бы пол- или четверть голоса, щебечи что-то, мурлычь.
— Ладно, попробую мурлыкать.
«Вот и отлично. Ты доволен? — вопрос адресовался Внутреннему Голосу. — Душа будет петь. Значит, нам не о чем больше толковать!»
Тот, мрачно уронил:
— Это мы еще поглядим. Кто знает, что получится из твоего эксперимента.
«Время покажет».
— Что ж, я — советчик, а не указчик. Мое дело — предупредить!
«Вот и замечательно. Значит, я приступаю».
Тата, приказала «пусть» и стала иной.
В ближайший понедельник в офисе фирмы «Заря», которую подарил Тате ИМ, произошло собрание трудового коллектива. На повестке дня стояли два вопроса: доклад собственницы и прения. Первый был на удивление краток.
— Ребята, контора существует только на бумаге. У меня есть деньги на зарплату и аренду на два месяца. Дальше — все в наших руках. Если постараемся, то через полгода будем в шоколаде. Нет…Ну, на нет и суда нет.
— Танечка, позвольте, заметить, у вас ведь нет опыта… — слово взяла бухгалтерша.
— Татьяна Михайловна, — сказанное резким тоном уточнение не оставило сомнений, кто здесь начальник, а кому надлежит знать свое место. — Можно просто Татьяна. Про опыт я в курсе. Но ситуация от того не меняется.
Бухгалтерша от удивления распахнула широко глаза, захлопнула рот и больше не возникала.
Так началась новая жизнь и Тата превратилась в Татьяну.
Директору и хозяйке не к лицу было детское имя. Родное и любимое, бабушкин подарок, оно стало тесным для новоявленой бизнес-леди. Татьяна — совсем иной коленкор. Татьяна означает — устроительница, начинатель. То есть отражает истинное положение дел в конкретный момент бытия.
— Что ж, я готов, — сказал, недавно принятый на службу Василий Петрович Камейкин. — Мне хоть и пятьдесят восемь лет, а работать я умею.
— Отлично. Завтра с утра приступаем, — правильно оценив молчание бухгалтерши и менеджера по продажам, Татьяна попрощалась и покинула помещение.
Она шла по улице и улыбалась. Все хорошо. Мятежи и сумятица в прошлом. Впереди: карьера, здравомыслие, уверенность в себе. И Камейкин — славный дядька. Таким наколдованный помощник и представлялся.
Буквально в последнее мгновение, на всякий случай, Тата пожелала:
— Хочу, чтобы рядом оказался толковый и порядочный помощник. Для страховки. И чтобы под юбку не лез. И голову не морочил.
Поэтому бывшему военному снабженцу, майору интендантской службы, крепкому семьянину, любящему отцу и мужу, Василию Петровичу Камейкину, пару недель назад пришла в голову неожиданная блажь: зайти на сайт по трудоустройству, воодушевиться вакансией в маленькой Богом забытой фирме, уволиться со старого места (не ахти какого, кстати) и согласиться со странным и невыгодным условиями.
А уж опекать родное руководство Камейкин стал по собственному почину, в силу, так сказать, природной склонности, лезть во все дырки.
Часть третья
Глава 1. Грехопадение
Прошел год, и каждому из истекших триста шестидесяти пяти дней Тата была благодарна. Жить под диктовку воли и ума, активно действовать, не эмоционировать попусту, было приятно, интересно, полезно. Без любовей-морковей и страстей-мордастей тело расцвело. Лишний жирок подтаял, формы выразились четче, постоянная занятость, внешняя и внутренняя подтянутость придали походке упругость, мышцам — повышенный тонус. Не морочили голову и другие места сексуальные проблемы. Каждый второй уикэнд по четным месяцам Тата ездила на свидания к состоятельному немолодому рижанину, появившемуся в ее жизни благодаря сайту знакомств. Милый навещал ее по нечетным месяцам.
Главным же удовольствием была работа.
Круговорот забот затянул в себя как-то незаметно, и вскоре уже трудно было представить, как можно существовать без драйва вечного напряжения, ощущения тотальной ответственности и боевого азарта. К этому миксу еще бы и деньги. Впрочем, жаловаться грех. За год молодая компания добилась многого. Естественно при содействии Василия Петровича Камейкина. Опора и надежа вел вверенный заботам трудовой коллектив к свершениям, самым что ни есть парадным маршем. Благодаря чему, собственно и произошли дальнейшие странные события. Но об этом позднее.
Что касается досуга, то редкое свободное время Тата посвящала оздоровлению и укреплению души. Для этого она, во-первых, регулярно сбрасывала с души тяжести, раз в неделю, отправляя на выдуманный адрес, написанные от руки письма, где подробно анализировала свои беды, сомнения, переживания. Во-вторых, исповедовалась. Не будучи особенно религиозной, Тата проводила ритуал не в церкви, а дома, совмещая почему-то (так хотелось) православную и индийскую традиции. Расставив иконы, она честно признавалась Всевышнему и Матери Богородице в своих плохих поступках и просила прощения. Перед мурти можно было вести себя свободнее и с глянцевой фотографией, изображающей бородатого мужчину и женщину с добрыми глазами, Тата откровенно делилась вещами более сокровенными. В-третьих, душу требовалось кормить здоровой пищей: классической музыкой, прогулками на природе, общением с животными и детьми. Эту рекомендацию Тата также старательно выполняла. Сложнее был четвертый пункт. Открывать душу, то есть общаться с людьми, говорить с ними по душам, дарить душевное тепло, получалось только со своими: мамой, Чередой и Дмитриком. Остальным знакомым-приятелям дарить себя решительно не хотелось. Однако инструкция требовала и выход нашелся. Тата стала регулярно навещать двух бабушкиных приятельниц, которых хорошо знала с детства. К удивлению общение со старухами не превратилось в пытку и со временем даже стало вызывать удовольствие. Бабульки радовались каждой мелочи: конфетам, печенью, возможности показать старые фото, и просто расцветали, рассказывая истории из своего и чужого прошлого.
Прочие пункты реабилитации не вызывали проблем.
Раз в месяц Тата совершала бескорыстный поступок. Объектами чаще всего были те же бабки или их товарки преклонного возраста.
Каждое утро — медитировала.
Каждый день при помощи аффирмаций наполняла себя энергией любви, прощения, света. Каждый вечер подводила итоги прожитых двадцати четырех часов и называла пять хороших событий, случившихся с ней, заряжаясь, таким образом, позитивом и спокойствием.
Терапевтический курс проходил настолько успешно, что в ближайшее время Тата планировала приступить к более радикальным задачам, К примеру, поработать с убеждениями и исправить картину мира. Но…тут Камейкин, заговорщицки подмигнув, сообщил:
— Соседняя контора провела управленческий аудит.
— Ну и что?
— За три месяца продажи поднялись…
Судя по многозначительному молчанию, предваряющему ответ, результаты были впечатляющими. Так и оказалось.
— …на тридцать процентов!
— За счет чего? — праздно поинтересовалась Тата.
— Парень, что консультировал соседей, специалист по малому и среднему бизнесу, разложил их бурную деятельность полочкам и выдал самые подробные инструкции. Я посмотрел — толково. Очень даже! — Опора и надежа был взволнован. Он получал процент от оборота и старался быть в курсе новых сбытовых технологий.