В 1929 году Тиссен в Дюссельдорфе в помещении генерального правления концерна «Ферейнигте штальверке» представил Гитлера собравшимся здесь тремстам крупнейшим промышленникам Рура. Выступление Гитлера, в котором он призывал к введению всеобщей воинской повинности, к развертыванию гонки вооружений, вызвало одобрение магнатов. По инициативе Тиссена участники совещания приняли решение об отчислении регулярных взносов в кассу гитлеровской партии. Установлению контактов гитлеровцев с монополиями активно способствовал Кирдорф 5. По его предложению правление Рурского угольного синдиката приняло решение: с каждой проданной тонны угля 50 пфеннигов отчислять в кассу гитлеровской партии, что составило лишь за один 1931 год сумму в 6,5 млн. марок.
Расширяются и укрепляются связи между фашистской партией и концерном «ИГ Фарбениндустри». Доверенное лицо концерна Вальтер Функ, занимавший пост редактора газеты «Берлинер берзенцейтунг», выдвигается в руководящую верхушку нацистской партии — он становится личным экономическим советником Гитлера. Через руководителя внешнеполитического отдела директората «ИГ Фарбениндустри» Гаттино правление концерна сделало несколько взносов в кассу фашистских штурмовых отрядов. Впоследствии на процессе руководителей «ИГ Фарбениндустри» в 1948 году было установлено, что концерн субсидировал гитлеровскую партию по 31 каналу6.
О своей поддержке гитлеровской партии публично заявил Г. Крупп в речи, произнесенной в связи с избранием его председателем Союза германских промышленников.
С гитлеровцами устанавливает отношения директор Рейхсбанка Яльмар Шахт. Через него гитлеровцы поддерживали связь с генеральным директором «Ферейнигте штальверке» Феглером, генеральным директором концерна Хеша Шпрингорумом и другими промышленниками.
Активную финансовую и политическую поддержку оказывали нацистской партии и представители американских и английских монополий. В лице фашистской партии они стремились создать силу, способную не только задушить демократическое движение внутри Германии, но и организовать агрессию против СССР.
В кассы гитлеровской партии начинают поступать средства от англо-голландского нефтяного треста «Ройял датч-Шелл». Фашисты получают значительные средства от руководителей американской компании «Дженерал моторе», Генри Форда, британского магната прессы лорда Ротермира и др.
В финансировании нацистов и проталкивании их к власти принимают участие ведущие финансово-промышленные группы США — Рокфеллера, Моргана, Ламонта, Кун Леба и др. Особенно тесные связи у гитлеровцев существовали с банками «Дж. Генри Шредер бэнкинг корпорейшн», директором которого на протяжении многих лет был Аллен Даллес, а также с «Диллон Рид энд компани» и «Кун Леб энд компани».
Активную роль в установлении непосредственных контактов между гитлеровцами и их покровителями в США сыграл Шахт. В конце 1930 года по приглашению американских биржевых кругов он совершил поездку в США. Там Шахт сделал финансистам крупнейших городов десятки докладов о политическом положении в Германии, неизменно выступая в качестве пропагандиста гитлеровской партии. Высказывания Шахта нашли у слушателей полную поддержку и понимание, ибо он вернулся в Германию еще более убежденным в необходимости немедленного установления фашистской диктатуры. «Отныне необходимо не говорить, а действовать!» 7 — заявил Шахт по возвращении в Германию.
Не ограничиваясь субсидированием гитлеровской партии, ведущие монополии США и Англии широко использовали зависимую от них прессу, чтобы подготовить общественное мнение западных стран к приходу фашистской партии к власти в Германии. Пресса Херста в США и Ротермира в Англии публиковала многочисленные заявления о том, что приход гитлеровцев к власти является «единственной возможностью спасти Германию и Европу от хаоса и большевизма»8.
Каждый успех гитлеровцев на пути к захвату власти сопровождался на нью-йоркской бирже повышением курса акций фирм, имевших капиталовложения в Германии, и усилением спроса на германские ценные бумаги.
С осени 1929 года нацистская партия развернула широкую реваншистскую и шовинистическую кампанию. «В деньгах недостатка не было, людей не жалели... — пишет историк немецкого фашизма Гейден. — Партия Гитлера в течение целого года вела агитацию, словно в период выборов»9. Расходы фашистской партии, щедро субсидируемой немецкими, американскими и английскими монополиями, составляли, как впоследствии признал Тис-сен, сотни миллионов марок 10.