Хватаю огнетушитель из своей машины и бросаюсь к горящей машине.
Соседи начали суетиться, кто-то закричал, призывая к осторожности, но я уже был у цели. Направил струю порошка на пылающее авто, и к счастью, пламя начало постепенно утихать, пока не исчезло под облаком белого дыма. В тот самый миг, когда эмоции взяли верх, и гнев с яростью охватили всё вокруг, внезапно наступила тишина. И лишь запах дыма остался как свидетельство пережитого волнения...
Решение, которое изменит мою жизнь.
В 22:52 в пятницу мой привычный мир рухнул. В гостиной нашего дома собрались все мои родные, включая семью Хасана, чей дом стоит рядом с нашим. Мы стали одной большой семьёй, которая тесно общается и проводит много времени вместе. Хасан и его сёстры для меня — больше, чем просто родственники. А его родители — такие же важные люди в моей жизни, как и мои. Хотя наши родители просто хорошие друзья. Наверное, это не уникальный случай, когда люди, не связанные кровными узами, становятся настоящей семьёй.
— Всё в порядке, Хасана задержали на трое суток, и штраф ему нужно будет оплатить, — сообщил нам Арсен, отец Хасана, после завершения телефонного разговора.
— Вы ведь можете его вытащить? — впервые за весь вечер я заговорила.
— Ада, он должен отвечать за свои действия, как настоящий мужчина. Прежде чем нападать на человека и избивать его до потери сознания, он должен был осознавать, что это не останется безнаказанным.
Отец Хасана очень требователен в вопросах воспитания сына и всегда следит, чтобы тот отвечал за свои поступки. У Хасана до сих пор есть детские обиды, о которых он никому не рассказывает.
— Вадим первым нанёс удар, когда Хасан защитил меня от него! — Я в ярости от того, что отец Хасана так поступит с сыном, оставив его в камере на три дня. — Мне кажется, у вас профессиональная деформация! Нельзя так вести себя с собственным ребёнком!
—Ада! —перебивает меня мама.
— Вот когда станешь отцом взрослого двухметрового сына, тогда и поговорим, милая, — сказал отец Хасана, вставая, пожимая руку моему отцу, обнимая маму и кивая своим девочкам на выход. Они ушли вместе.
— Папа, вытащи Хасана! Ты же мэр! Ты ведь можешь! — требовательно перевожу на него взгляд.
— Заткнись! — в гневе воскликнул он, и я вздрогнула, опустив взгляд.
— Джавад! — пытается остудить его мама.
— Марина, Мансур, выйдите, мне нужно поговорить с ней.
Мама и младший брат молча выходят из гостиной, оставляя нас наедине.
— Через три дня Хасана выпустят. В этот же день вместе с ним полетишь в Питер.
—Папа...
— Заткнись, я сказал! Заткнись и выполняй, что тебе говорят, и скажи спасибо, что я молча разгребу за себя всю эту жесть. — таким разъярённым я никогда не видела отца. — Спасибо, дочь! Вместо того чтобы прийти ко мне и рассказать об изменах своего мужа, ты решила сама ему отомстить. Молодец! Раз ты у меня такая самостоятельная, значит, будешь жить САМОСТОЯТЕЛЬНО!
Фыркаю, не веря, что он сможет как-то серьезно меня в чем-то ущемить.
— Переведу тебя в тот же универ в Питерский филиал. Восстановлю на четвёртый курс. — Продолжает более спокойно. —Про деньги забудь. Если что-то срочно будет нужно, попросишь купить Хасана.
— Прокладки тоже просить покупать Хасана? — недовольно хмыкаю.
— Прокладки тоже будешь просить, чтобы купил Хасан! —кричит он так, что на виске у него вздувается вена. —Ты создала ему дополнительные трудности. Арсен заберёт у него автомобиль и лишит денег.
А вот сейчас я чувствую себя очень виновато.
—Пап, пожалуйста...
—Заткнись!
— Отлично! Если это всё, то я пойду к себе. Устала, знаете ли, от того, что приходится поджигать машины и позировать для камер. Чтобы везде в интернете гуляли видео, как дочь мэра поджигает автомобиль своего мужа, а потом ещё и устраивает представление перед всей площадкой. —Встаю, собираясь подняться к себе.
—Сядь. —более спокойно.
Я сажусь, потому что осознаю, что это ещё не конец, и не хочу раздражать отца ещё больше.
— О Вадиме забываешь, если пересечетесь на улице, обходишь его стороной. О том, куда ты едешь и где будешь жить, ему не говоришь, в противном случае я за себя не ручаюсь, Ада. С разводом сам разберусь.
—Я и не собиралась!
—Вот и отлично.
Снова встаю, чтобы ретироваться.
— Телефон на стол поставь и иди поешь.