До начала XX-го века события развивались в плотном соотношении передислокаций с кровью. Ею нарезались следы от всегда только что снявшейся с места и ушедшей в степь или к реке группировки. Местные жители постоянно ходили обкуренные, взгляд неадекватный.
В битве у фортов Дагу китайцы разгромили английскую эскадру генерала Хоупа, попытавшегося выдать дюжину фрегатов, корветов и транспортов и столько же канонерок за посольский конвой. Союзные войска Франции и Англии высадились на острова Чжоушань, захватили и превратили в манёвренные базы объекты в бухтах Даляньхуан. Россия активно выступала посредником в переговорах с союзниками в обмен на чёткое установление границы и устроение российских консульств в Цицикаре, Урге и Кашгаре. Все тайлинские великие магистры, или кто они там, перетаскались в Цицикар и Ургу, их не было видно из-за переводчиков, а лица пребывали сплошь под татуировками. В этот же период времени на арене возникла Япония, имевшая собственные претензии. Сразу захватила остров Рюкю, после чего, объединившись с Северо-Американскими штатами, направила военные силы на Тайвань, подле которого из-за Британии ей пришлось только щёлкнуть зубами и откатиться.
На дальнем востоке Российской империи беспрерывно кочевал предвечный суп под лампами, они тогда являлись чем-то вроде перевалочного пункта и узла связи с далёкими центральными регионами, откуда поступали деньги и распоряжения. Приамурье заселили подъесаулы, Приморье — хорунжие, в семидесятых их в совокупности насчитывалось до двадцати тысяч, плюс к ним местное население и китайцы. Российские суда обрастали ракушками в Нагасаки, Симода и Хакодатэ, были организованы регулярные рейсы плашкоутов Добровольного флота. В 1891-м российские власти распространили решение о строительстве Великого Сибирского пути, что весьма согрело душу людям в середине того пространства вплотную к Семиречью с искусственно состаренными останками башен, одноэтажными корпусами с сотами вдоль прибрежной полосы, их архитектура словно отталкивалась не от свойств, а от художественных возможностей глины.
Тем временем, пользуясь крестьянским восстанием в Корее, устроенным националистической сектой Тонхак, японцы совершили переворот в Сеуле, арестовав королеву и сформировав новое правительство. Это привело к Симоносекскому миру, по которому Япония получила долгожданный Тайвань и острова Пэнхуледао, а также Ляодунский полуостров, где была построена новая военно-морская база Порт-Артур. Корея получила контрибуцию в 200 миллионов лян или 400 миллионов рублей серебром.
Из желания иметь большее влияние в Маньчжурии и уже основательно присматриваясь к тайлинам, с самого начала отказывавшимся относить себя к китайцам, к казахам или к монголам, проповедникам собственной религии, настаивавшим на оригинальном происхождении, Россия предложила Китаю заключить союз, фактически направленный против Японии. В это время в правительстве Поднебесной были очень сильны соответствовавшие российским интересам настроения, в основном поддерживаемые вдовствующей императрицей Цы Си, китайское имя Налаши, маньчжурское — Ехе Нара, и наместником Чжилийской провинции Ли Хунчжаном, которого — вот один из спинов — тайно приняли в их секту, разумеется, в «Белый лотос», причем в соответствующем вопросе он придерживался весьма латентных суждений. Вместе с договором шло и дополнительное соглашение на строительство железной дороги, от её полотна позже пойдут ответвления к Жайсану, кроме того, было создано Общество Китайско-Восточной железной дороги, его второй по значимости филиал располагался у них под крылом. Доходы дороги и транзит по ней не подлежали обложению китайскими пошлинами, но из них выплачивался установленный задним числом «налог» тайлинам.
К началу XX-го века их секты в своей уже эфемерной общности были подвержены результирующей амплитуде нескольких государств, как и Китай поделён на сферы влияния Франции (Юньнань, Гуандун, остров Хайнань), Германии (Шаньдун), России (Маньчжурия и северные районы), Японии (Фуцзянь) и Англии (самый богатый район реки Янцзы и притоков).