Она с каким‑то сожалением уставилась на яблоко в своей руке, а потом жадно впилась в него, громко хрустя. Через пару укусов она перевела на меня свой взгляд, и с некоторый подозрением спросила:
— А ты что ли тоже игрок?
— Конечно.
— А чего ты тогда мне тут этот квест с ведром впаривал? Я же замаялась его тащить от реки.
— Ну так огород всё равно нужно было полить. А ты сама вызвалась.
— Это я вызвалась? Это ты мне предложил. Я думала, ты непись, а это такое задание. Вот и согласилась.
Она забавно сморщила носик и рассмеялась. Я рассмеялся в ответ.
— Я вот одного не пойму, почему мне опыт дали и написали, что я выполнила ситуационное задание «Спасение урожая»?
— Это игра так работает. Сообщает о том, что ты и так уже сделала и даёт за это опыт или какие‑то плюшки. Можно даже пытаться другим игрокам сложные квесты выдавать, и они будут получать опыт и награды от тебя. Не всем, правда, такое удаётся.
— Понятно… — Протянула Кавайная Эльфа, догрызла яблоко и потянулась за следующим. Его она начала жевать, даже не помыв. — А что там с эти метаболизмом?
— А всё! Быть тебе теперь простой смертной.
— А ты значит не простой? — Скептически осмотрел она мой наряд. Откуда такое сомнение? Да этот доспех выглядит лучше, чем королевский парадный наряд.
— Я необычный бессмертный. — Важно подтвердил я — Ты имя то моё видела?
— А как его увидеть?
— Через интерфейс игры.
Девушка отряхнула руки от яблочного сока, и посмотрела на меня чуть прищурившись. Я что, тоже так на окружающих смотрю? Неожиданно, она расхохоталась.
— Ой, я не могу. Нелепая Смерть. Хахаха. Как тебе такая мысль вообще в голову пришла?
— А что, — деланно обиделся я, — уж всяко не хуже, чем Кавайная Эльфа.
Моя собеседница посерьёзнела и о чём‑то задумалась.
— Я то думала, что это чисто игровое имя, а называться можно будет как захочу. Ну там, имя себе взять местное. А получается, что меня теперь все будут этим именем называть?
— Будут. — Подтвердил я. — Но ты не волнуйся, народ тут понимающий, долго смеяться не будут.
Девушка подняла на меня свой испытующий взгляд и в её глазах появились смешинки.
— Опять издеваешься?
— Ну да, а что? Весело же.
— Юморист. — Она немного помолчала и обратилась ко мне с немного странным взглядом. — Скажи, я тебе нравлюсь?
Ну и что на такое ответить. Просто «да»? Я подошёл к ней на расстояние вытянутой руки и произнёс, глядя прямо в глаза:
— Ты прекрасна, спору нет, ты на свете всех милее, всех румяней и белее. — Банальщина, прямо скажем, но ничего толковее на ум не пришло. Хотелось сказать какую‑то фразу именно из сказки, а не из сборника эротических стихов.
Девушка слегка расслабилась, прикрыла глаза и чуть приоткрыла рот. Мои гормоны резко выстрелили в голову и остальные полагающиеся части тела. Я хотел было переспросить, что она имела в виду, имела ли она в виду то самое, но слова застряли в горле, так что я просто подошёл в плотную, обнял её, одновременно убирая костяную броню, и поцеловал, прижимаясь дрожащим телом. Ответная дрожь подсказала мне, что я на верном пути.
Дальше начались обоюдные ласки, неумелые с её стороны и осторожные с моей, платье соскользнуло с её плеч неожиданно легко, разойдясь по шву на груди, а заклинание облачного полога само возникло в сознании и развернулось в удобную постель, накрывшую травяное одеяло земли. Буйство страсти продолжалось снова и снова, накатывая волнами счастья, расслабления и желания. И только когда солнце опять окрасило небо кровавым пламенем, пелена спала с моего сознания.
Эльфа лежала рядом со мной, глядя на небо и рассеяно подкрадываясь рукой к моему члену.
— А что это был за фокус с раздеванием? Ты же был в броне?
— На самом деле я закоренелый нудист, и везде хожу голым. А броня — это иллюзия.
— Но я ведь почувствовала твёрдость металла. Только подумала, что снимать броню, наверно, неудобно, как она сама исчезла.
— Значит, ты всё‑таки об этом подумала? — Уточнил я. Девушка слегка смутилась.
Ну вот как можно смущаться после всего, что тут творилось эти несколько часов? Я притянул её к себе и нежно поцеловал, чувствуя прилив, нет, не нежности, а крови к одному месту, что уже настойчиво кто‑то теребил. Через полчаса, когда мы уже лежали в последних отблесках уходящего дня, а небо загоралось звёздами, я продолжил прерванный разговор.
— Это у меня способность такая. Костяная броня.
Кавайка недоумённо посмотрела на меня, а потом сообразила, о чём это я.
— И что будет дальше? — Спросила она меня, глядя на ночное небо.