Я слегка усмехнулся от такого способа учета разбойного элемента общества. Капитан тоже улыбнулся.
— Не удивляйтесь, это официальная терминология, принятая в армии и полиции. Опять что‑то такое историческое. Как вы понимаете, если бы вы не перенесли серебро на защищённую территорию, местные жители не смогли бы сохранить его. Я подробно изложу всю эту ситуацию в отчёте, и уверен, вам выразят благодарность и вознаградят. Теперь, что касается текущей ситуации. Вместе со мной в деревню прибыл официальный представитель Гильдии Купцов, осуществляющей управление рудником. Он оформит официальные документы о передаче ему на хранение лунного серебра. Даже я, руководитель экспедиционного корпуса, занимающегося перевозкой лунного серебра, не могу принять его у вас. Всё‑таки эта бюрократия не делает нашу жизнь легче.
Я согласно кивнул. Капитал поднялся со стула, вышел из комнаты и практически сразу вернулся в сопровождении толстого и обильно потеющего мужчины в дорогих одеждах. Глядя на него, я сразу ощутил всю убогость своего облачения.
— Так это и есть ваш вор? — Брезгливо поинтересовался он, осматривая помещение и демонстративно не глядя на меня.
Мне сразу же захотелось оставить себе пару слитков серебра. Репутация и так уже испорчена, а так хоть какая‑то компенсация. Капитан тоже поморщился и строго возразил:
— Это эльф, оказавший услугу короне. Он смог сохранить то, что проворонила ваша гильдия. Вы же знаете, как важны поставки металла для всего королевства. А между тем, вы за последние полгода не смогли выставить на продажу ни грамма продукции.
Лицо толстяка приняло ещё более брезгливое выражение, а его заплывшие жиром глаза остановились на моих сапогах.
— Да, у нас есть временные проблемы с транспортировкой добытого металла. Временные, заметьте. И весь добываемый металл надёжно хранится в шахте. Более того, вся добыча лунного серебра строго контролируется, и добыть его в сколько‑нибудь значимом количестве в обход контроля физически невозможно. Фи — зи — чес — ки! Так что вряд ли у вашего… эльфа, — это слово он буквально выплюнул, — найдется больше нескольких граммов серебра. Я сразу сказал, что с доставкой такого количества справится и десяток городской стражи. Вы же решили устроить марш — бросок по пересечённой местности для трёхсот элитных гвардейцев.
— Занимайтесь своими делами и не лезьте в мои. Вы всего лишь бесполезный груз, идущий в придачу к переносимому сейфу. Если бы не бюрократические процедуры, я бы лично попросил короля избавить меня от вашего присутствия в составе экспедиции.
От такого сравнения рожа толстяка перекосилась, а глаза выкатились. Он уже вдохнул, открыл рот и собрался заорать, но неожиданно успокоился.
— Давайте перейдём к делу. Покажите мне лунное серебро, которое я должен принять на хранение. — Его голос приобрёл визгливые нотки.
— Спокойно, для начала нам нужно согласовать форму документа. — Капитан подошёл к столу, пододвинул стул и указал на него толстяку. — Присаживайтесь.
Тот внимательно изучил стул в поиске скрытых отравленных игл или прячущихся ядовитых змей и важно сел за стол. Из небольшой, но толстой сумки был извлечён лист с золотыми вензелями, напоминающий мою грамоту, и началась словесная перепалка. Суть переговоров состояла в том, что толстяк хотел оформить мой статус как передающей стороны в качестве арестованного беглого раба, а капитан настаивал на присвоении мне звания защитника отечества и спасителя нации в одном лице. Сошлись они где‑то посредине на формулировке «стороннее лицо». Дальше текст был записан на листе, прочитан всеми заинтересованными сторонами, включая меня, и пришло время взвесить лунное серебро и передать его толстяку лично в руки.