Неужели всё это было ложью?
Игрой?
Или же он просто никогда не ценил меня по-настоящему?
— Я всегда выбирала его, — выдавила я из себя, нащупывая платочек. — Я выбирала его среди всех. Я доверилась. Как я могла быть такой слепой?!
— Это не твоя вина, — Мари схватила меня за руки, её глаза искрились благородной яростью, — Ты не должна винить себя за его поступки.
— Как можно было так поступить с тем, кто распахнул перед тобой сердце?!
Я замерла, чувствуя, как внутри начинает разгораться тёмный огонь. Я хотела закричать, но звук застрял в горле, оставляя лишь треск разбиения.
— Ты никогда не заслуживала этого, Ви! — голос Мари звенел от эмоций. — Ни один человек не имеет права разрывать твою душу на куски и уходить, словно ничего не произошло! Но знаешь что? Это не конец. — Она вскинула подбородок, и в её глазах вспыхнул решительный огонь. — Это всего лишь очередной этап. Ты пройдёшь его.
Но я не хотела это слышать. Сколько раз мне уже говорили: «Всё наладится»? Каждый раз эти слова вызывали во мне лишь раздражение, даже злость.
— Как? — вырвалось у меня. — Как именно всё наладится? Я устала. Мне не хватает сил даже просто вставать по утрам.
— И именно поэтому тебе нужно это чувство, — твёрдо сказала Мари. — Прими его. Дай себе прочувствовать боль, но не для того, чтобы утонуть в ней, а чтобы подняться. Пусть она станет ступенькой. К новой жизни, к новой любви, к новой тебе.
Я закрыла глаза.
Неужели это возможно?
— И когда-нибудь, — продолжила она уже мягче, — ты найдёшь в себе силы, посмотришь в зеркало и скажешь: «Это я. Более сильная, чем когда-либо».
Я снова обняла Мари, зарывшись лицом в её плечо. Слёзы текли по щекам, и я уже не пыталась их сдерживать.
— Он не стоит твоих слёз, малышка Ви, — тихо сказала она, поглаживая меня по спине.
— А что, если он вернётся? — мой голос дрогнул. — Что, если я снова приму его, как это уже было раньше?
Мари резко отстранилась и посмотрела на меня с прищуром. — Тогда я лично тебя пристрелю, — заявила она, притягивая меня обратно в крепкие объятия. — И его тоже. Но его сначала помучаю. Буду отрезать по одному пальчику в час.
Я всхлипнула и невольно улыбнулась.
— Не знала, что ты фанатка «Пилы». Когда ты стала ей?
Мари фыркнула.
— С тех пор, как ты начала встречаться с этим мудаком!
А ведь прошло уже много времени.
Целый год. Год, наполненный унижениями и оскорблениями, которые я терпела от своего бывшего.
«Ты пополнела.»
«Хватит столько есть!»
«Тебе не идёт эта прическа, выглядишь отвратительно.»
Каждое слово оставляло на мне незримые раны, но я упрямо пыталась их не замечать. Я оправдывала его, снова и снова.
«Он просто заботится обо мне,» — шептало сердце, сжимаясь в страхе перед правдой. Но разум не умолкал. Он кричал, что это не забота, а пытка, завуалированная под любовь. И чем дольше я закрывала на это глаза, тем глубже тонула в болоте, которое называлось «отношениями».
Я хорошо помню тот первый раз, когда он сказал, что я выгляжу «не очень». Тогда это прозвучало буднично, почти невзначай, но внутри у меня что-то сжалось. Я приняла его слова слишком близко к сердцу, будто они что-то значили, будто в них была забота.
Я попыталась измениться. Подбирала одежду тщательнее, иначе укладывала волосы, следила за каждым кусочком, который отправляла в рот. Мне казалось, что если я стану лучше, он будет счастливее. Но Артур даже не заметил. Не похвалил, не улыбнулся, не сказал ничего. Будто все мои старания были невидимы, будто меня самой не существовало.
— Ты — невероятно красивая, умная и сильная девушка. Он не имеет права забирать у тебя твою самооценку.
— Пожалуй, нам стоит выпить по бокалу вина и обсудить, как я могу вернуть себе свою жизнь.
Мари засмеялась.
— Вот это я понимаю! За жестокие расставания и потери, которые делают нас только сильнее! Нужно отпраздновать конец этой главы и начать новую.
Достав из шкафа пыльную бутылку красного вина, я на секунду задумалась, как долго она там пролежала. Смахнув невидимую пыль с этикетки, осторожно откупорила её и разлила рубиновую жидкость по бокалам, наслаждаясь глубоким ароматом, заполнившим кухню.
— Красное? — Мари прищурилась и слегка покосилась на бокал, словно оценивая его содержимое. — Ну ладно, сойдёт, — наконец произнесла она с ленивой улыбкой, взяв бокал и покрутив его в руке.
— Это единственный алкоголь, который остался с нового года, — пожала я плечами, присаживаясь рядом.
— Лапуля? И ты всё это время прятала его от меня? — притворно возмутилась Мари, сделав вид, что в её глазах читается недоумение. — Ладно, так уж и быть, я тебя прощаю!