— А вот и вы. — Аня легко, я бы сказала изящно, подъехала к нам вместе с…
— Мирон Романович? — произнесла я, мой голос немного дрогнул, и я почувствовала, как по щекам бежит теплота.
Снова он. Вселенная, ты что, решила поиздеваться надо мной?
В голове пронеслось множество мыслей: «Что он тут делает?», «Знает ли он для чего я здесь?».
Мое лицо горело, и я была уверена, мое лицо мгновенно покраснело.
Ощущение неловкости накатывало волнами: будто каждый взгляд обратился только ко мне, как будто именно я была объектом его внимания.
Внутри бушевал океан эмоций — от смущения до возбуждения
— А, так вы уже знакомы? — Поинтересовалась Аня, поглядывая то на меня, то на тренера.
— Да, мы знакомы, но…
— Я помогал Ви с её первыми шагами на коньках, — шутливо ответил Плесицкий.
— Тогда нам будет еще проще. Сегодня мы с вами немного потренируемся.— Девушка мило улыбалась нам. — Для начала, мне нужно посмотреть, что ваша пара из себя представляет. Скажу сразу, звонок Егора застал меня врасплох, и конечно, танца никакого я не успела поставить. Поэтому сегодня, мы изучим только легкие базовые движения.
Я не слышала, что говорила Аня, в голове помутнело и мне срочно нужно было отойти, отдышаться, иначе от недостатка кислорода, я упаду прямо здесь.
— Сколько у нас времени? — вдруг спросила я.
— Где-то около двух часов. Начнем?
— Да, только можно, я отойду попить воды? — Я с натянутой улыбкой, взглянула на Егора.
— Конечно. У тебя есть пару минут!
Я кивнула и быстрым шагом направилась к зоне отдыха, стараясь не выдать, как внутри всё бурлит от волнения. Почему мы постоянно сталкиваемся? Это уже начинало казаться странным.
Я опустилась на ближайшую скамейку и сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. Может, это просто совпадение? Но что-то внутри упорно нашёптывало: Нет, это не просто так.
— Может, он маньяк? — пробормотала я себе под нос, нервно поправляя волосы.
Эта мысль была, конечно, абсурдной, но объяснить постоянные пересечения с ним мне не удавалось. И от этого становилось только сложнее сохранять равнодушный вид. Может, он не тренер, а какой-то тайный агент? Или, что хуже, маньяк, который выбрал меня своей жертвой? Хотя... маньяки обычно не учат своих жертв правильно шнуровать коньки.
— Ви?
— АА!?
Я дёрнулась так резко, что чуть не свалилась со скамейки. Передо мной стоял он. Чёрт, всё сходится. Он точно маньяк! Мирон Романович смотрел на меня с лёгкой ухмылкой, но во взгляде промелькнула нотка серьёзности.
— Что ты тут делаешь? У тебя же свидание. Разве нет?
Я моргнула. Это что, допрос?
— А вам-то, какое дело?
— Никакого. — пожал он плечами.
Я сузила глаза, пытаясь понять, к чему он клонит.
— Тогда зачем спрашивать? — я сложила руки на груди, стараясь выглядеть максимально невозмутимо.
— Просто уточняю.
— Я думаю, нам нужно идти, если мы не хотим потерять столь драгоценное время. — бросила я, стараясь закончить этот странный разговор.
Развернувшись на коньках, я направилась обратно на арену, чувствуя на себе его взгляд.
— Все в порядке? — Аня посмотрела на меня с лёгким беспокойством.
— Да, — кивнула я, быстро отгоняя мысли о Мироне Романовиче. — И я готова к нашему первому занятию!
— Отлично! Начнём с основ: базовые движения и развороты. Важно чувствовать себя уверенно на льду, — объясняла Аня, указывая в центр арены.
Я сделала глубокий вдох, пытаясь сосредоточиться на тренировке, и подошла ближе к Егору. Его подбадривающая улыбка моментально согрела меня изнутри.
— Ты сегодня выглядишь слишком серьёзной, — заметил он, подмигнув мне.
— Конечно, — согласилась я, преувеличенно важно вскинув подбородок. — Если я буду несерьёзной, то мы закончим эту тренировку прямо сейчас.
— Это ещё почему?
— Потому что я упаду на лёд и разобью себе колени.
— Тогда продолжай быть серьёзной… и безумно сексуальной, — усмехнулся Егор, не стесняясь скользнуть взглядом по моей фигуре, особенно задержавшись на груди. Я почувствовала, как моё лицо мгновенно вспыхнуло.
— Ох, не усложняй ситуацию, — прокомментировала я, стараясь сохранить легкость разговора. — Мне нужно сосредоточиться на тренировке, а не на твоих комплиментах.
Егор рассмеялся, и его смех, как будто, рассеивая напряжение в воздухе, помог мне расслабиться.
Аня, заметив, как мы переговариваемся, подошла ближе.