Рома, который как раз намыливал голову, захлебнулся от смеха, но потом вдруг замер, задумчиво прищурившись.
— Хм, — протянул он, постукивая себя по подбородку. — Вполне вероятно. Ты, конечно, можешь предложить ему помощь в решении этой проблемы, но мне кажется, он больше по девушкам.
Я фыркнул.
— Да пошел ты.
— Так ты уже представлял его голого? — продолжил Рома с ехидной ухмылкой. — Накачанный торс, крепкие руки, упругая задница...
Я резко развернулся к нему, прищурившись.
— По-моему, это тебе нужен секс, раз ты уже о мужиках начал мечтать.
Рома сделал драматичное лицо, будто только что осознал что-то важное.
— Черт, а ведь ты прав... — Он театрально вздохнул, а затем, дерзко ухмыльнувшись, добавил:
— Осторожнее, а то я могу и на тебя накинуться.
— Придурок.
— Идиот.
Вода продолжала литься, но теперь её шум заглушал наш смех.
***
Вечер дан для чего? Правильно, для встреч с друзьями. По правде говоря, идти в левый бар и набухаться, не в моем стиле. У меня была потребность в искреннем разговоре и тепле общения, поэтому, недолго думая, я поехал к Ви.
Когда я подъехал к её дому, меня на мгновение охватило разочарование — в окне не горел свет.
Я вышел из машины, бросив быстрый взгляд на безлюдный двор, и, чувствуя лёгкую нервозность, направился к подъезду. Поднявшись на нужный этаж, я вдруг заметил что-то странное: из мусоропровода торчал букет красных роз. Чуть смятые, с обломанными стеблями, но всё ещё красивые. Казалось, будто кто-то швырнул их в порыве эмоций — злости или разочарования. Я нахмурился.
Я уже собирался ещё раз постучать, когда дверь вдруг распахнулась. Ви стояла на пороге, её волосы были слегка растрёпаны, а тёплый свет из квартиры мягко очерчивал её силуэт. Она прищурилась, моргнув от резкого контраста с тусклой лампочкой в подъезде, и на её лице мелькнула тень удивления. Но это длилось всего мгновение — следом пришло узнавание, а затем её губы тронула лёгкая улыбка.
— Егор? Что ты здесь делаешь?
— Пришел в гости к своей любимой. Привет, — ответил я, вытягиваясь в улыбке.
— Привет. Проходи, — Ви пропустила меня в квартиру, подвинувшись в сторону. — Предупреждаю сразу, у меня тут немного беспорядок.
Я оглянулся и заметил, что вещи были разбросаны по столу, на диване и даже на полу. Тканевые пачки, книги и какие-то мелкие предметы создавали атмосферу не хаоса, а живого, настоящего пространства. Было видно, что тут действительно кто-то живёт, а не просто поддерживает вечно чистый порядок ради вида.
— Не переживай, — с улыбкой ответил я, осматривая квартиру. — Моя квартира сейчас выглядит точно так же. Идеальный порядок — это не про нас, правда?
Ви покачала головой и фыркнула, скидывая с себя тяжесть мысли о том, что могла бы сделать лучше.
— Да, ты прав. Моя квартира похожа на музей, но, видимо, не по моим правилам. — Она пожалела плечами и сделала шаг в сторону кухни. — Погоди немного, я сниму ужин с плиты. Потом поговорим или… может, поиграем в настолку?
— Звучит отлично, — ответил я и шагнул в комнату, снимая обувь. — Чем могу помочь?
— Ничем, сейчас налью тебе чая. На улице уже холодно, наверняка замерз!
Ви стояла у столешницы, заваривая что-то очень ароматное. Я подошел к ней сзади и крепко обнял.
— Я так соскучился. — Прошептал я, не в силах скрыть улыбку на лице.
— Я тоже, Егор. — ответила Ви, оборачиваясь и игриво подмигивая.— Как прошёл твой день? Как тренировка?
— Отвратительно. Завтра днем игра, а наш тренер решил полностью поменять тактику. — Я отпустил Ви и, сев за стол, тяжело вздохнул.
— Мирон Романович? Зачем? — Она протянула мне чай. — Осторожно, горячий.
— Понятия не имею. Он вообще сегодня был очень неприятным. За сегодня я столько гадостей от него услышал, что просто не знаю, как это переварить. Какая-то сплошная критика.
— Серьезно?
— Ага. Взъелся на меня ни с чего.
— Может, он просто переживает из-за предстоящей игры? Тем более, ты ведь капитан. Главное составляющее.
— Может быть, но это не оправдывает его поведение. — Сказал я, делая глоток чая.
Ви молча смотрела на меня, её черные волосы падали на плечи и слегка искрились при свете лампы. Даже в тусклом свете я не мог не заметить, как её глаза, зелёные и яркие, будто мерцали, захватывая мои мысли.
Я смотрел на неё в ответ, не в силах отвести взгляд: каждая черта её лица воспринималась мной с особой нежностью. Углубленные скулы, пухлые губы, которые она слегка прикусила, задумавшись — всё это вызывало во мне особое тепло. Я почувствовал, как сжимается сердце, когда она открывала рот, чтобы поговорить.
— Ты не должен позволять его словам влиять на тебя так сильно, — наконец произнесла она, её голос был полон заботы.