Я села за стол, распахнула учебник и заставила себя сосредоточиться на тексте. Слова прыгали перед глазами, и я повторяла их снова и снова, пока, наконец, они не начали складываться в осмысленные предложения.
«Ещё немного, Ви. Просто продолжай» — мысленно убеждала я себя.
Мари села напротив, скрестила руки на груди и внимательно посмотрела на меня.
— Ты молодец, — сказала она, наконец.
Я молча кивнула, делая вид, что полностью поглощена учебником. Но где-то внутри меня разгоралось что-то новое. Может быть, это была слабая искра надежды, что я смогу пережить это. Или, возможно, я просто решила держаться.
«Он не разрушит меня» — подумала я, листая страницы.
Но часть меня, всё ещё была там, в коридоре, рядом с ним.
Мари подперла голову рукой, наблюдая за мной с явным подозрением. Её молчание сейчас было тяжелее любых слов. Я знала, что она хочет сказать что-то ободряющее, но, кажется, решила не рушить мою видимость спокойствия.
Я перелистывала страницы учебника, механически вчитываясь в абзацы, но так и не смогла поймать ни одной осознанной мысли. Сосредоточиться оказалось сложнее, чем я ожидала. Перед глазами стояли только его голубые глаза — эта мучительная смесь боли и чего-то ещё, чего я не могла разгадать.
— Хочешь честно? — внезапно сказала Мари, выпрямляясь на стуле. — Ты героически делаешь вид, что тебе плевать. Но, Ви, ты же знаешь, что это не так.
Я положила ручку на стол и посмотрела на неё.
— И что ты предлагаешь? — Прошептала я, стараясь не привлекать внимания библиотекарей.
— Ничего. Просто напомню, что ты человек. Не железный, — она вздохнула. — И я горжусь тобой за то, что ты держишься, но мне больно смотреть, как ты превращаешься в машину для учебы.
— Это лучше, чем снова оказаться на полу, ревя до изнеможения, — отрезала я.
Мари прищурилась.
— Возможно. Но это не выход.
Она откинулась на спинку стула, сложив руки на груди, будто ждала, что я скажу что-то в своё оправдание. Но у меня не было сил спорить.
Я закрыла учебник, словно он внезапно стал мне ненавистен.
— Я просто хочу двигаться дальше, Мари. А что ещё мне делать?
Мари наклонилась к столу и понизила голос, чтобы никто больше нас не услышал.
— Может, стоит не убегать от боли, а прожить её?
Её слова были острыми, как лезвие. Прожить боль. Как будто это так легко. Я знала, что она права, но это не делало предложение менее пугающим.
— Я не могу, — призналась я тихо.
Она ничего не сказала. Просто сжала мою руку, оставив в этом жесте всё, что могла бы выразить словами.
Я выдохнула и снова открыла учебник. Теперь мне нужно было не просто читать, а сосредоточиться, чтобы заглушить голос внутри, который кричал, что я не справлюсь.
— А что с Мироном? — спросила Мари, словно боясь спугнуть меня.
— Не знаю. Я не имею ни малейшего понятия, как он и где он, — мой голос прозвучал так тихо, что я едва услышала сама себя.
Мари, словно чувствуя, что на этот вопрос мне не хочется отвечать, лишь кивнула. Она снова уткнулась в свои записи, давая мне пространство, за что я была ей благодарна.
День прошел незаметно.
Лекции сменялись перерывами, перерывы — новой порцией заданий. Я почти не замечала, как время ускользает из-под ног, словно песок сквозь пальцы. Это даже радовало. Чем меньше времени я проводила наедине с собой, тем легче было притворяться, что всё в порядке.
Голова гудела от информации, но, как ни странно, это помогало. Я пыталась заполнить пустоту внутри делами, буквами, цифрами, чем угодно, только не тишиной.
Уже вечерело, когда я покинула университет. На улице было холодно, но воздух казался свежим, бодрящим. Я поправила шарф и направилась к автобусной остановке, когда заметила знакомую фигуру.
Артур?
Он стоял, прислонившись к столбу и ссутулив плечи, как будто долго ждал.
Его руки были засунуты в карманы, взгляд направлен куда-то в сторону, но я знала, что он видел меня.
Я резко развернулась, сердце тут же ушло в пятки. Не желая снова видеть его лицо, снова слышать его голос, я поспешила уйти в противоположную сторону.
— Ви! — позвал он, его голос громко разрезал шум вечернего города.
Я ускорила шаг. Я не могла, не хотела... Зачем он здесь? Почему сейчас? Разве он не был тем человеком, о котором я старалась забыть, как о страшном сне?
— Ви, подожди! — Его голос настойчиво приблизился, и я почувствовала, как он схватил меня за локоть.
— Отпусти, Артур, — процедила я, останавливаясь и вырывая руку. — Что тебе нужно?
Он замер, будто мои слова застали его врасплох. На лице — растерянность, которая в его случае выглядела почти неестественно.