Переправил мыслеобраз с размером своей скрижали. Удивил, да? Ещё секунда ступора, передо мной снова был молодой человек со шрамами на лице. Осторожно, чтобы мироздание не посчитало это нападением, мне протянули открытую скрижаль, а я в ответ протянул свою. Ко мне начали сыпаться руны, звёздные монеты, и одновременно одна за одной летели звёзды, пополняя мой запас. Если у тавров мне отправляли крошечные звёздочки, увеличивая запас по несколько капель, то сейчас в меня вливалась река из громадных звёзд. На приток звёздной крови ещё раз сбросил мыслеобраз, что отдать не смогу, но на это снисходительно махнули рукой, мол разберёмся. Ещё с полминуты ко мне перетекало достояние, видно было, что мой антагонист сильно впечатлился размером моей скрижали. Очередной признак великого разгильдяйства. Я не отдавал себе отчет в том, что моя скрижаль, хотя и деревянная, была, пожалуй, больше, чем у древнего кел, или кто он такой, но только не серебряный рикс-мальчишка.
Запас звездной крови увеличился до семнадцати тысяч, а когда последние капли и руны перешли ко мне, то показали жестом, чтобы я отходил. Отбежал в сторону. Секунду глядели в глаза друг другу.
— Воистину славься огнем твоим, фионтар, — переиначил я слова древней молитвы и неожиданно услышал в ответ:
— И будет именем твоим, и прицелом твоим, и огнём главного калибра твоим, фионтар, — смотря мне в глаза ответил бывший рикс и ткнул себя пальцем в грудь, в район средоточия. Удар был страшен. Тело разорвало, половину защитного купола изнутри забрызгало кровью. Через пару мгновений защита арены растворилась, и прилипшая к невидимой преграде кровь хлюпнула вниз.
Вот же зараза! Откуда он это знает и настолько хорошо, что смог продолжить, ещё и переделать слова древней молитвы Преторианцев на местный лад? Кто он такой? Маленькая месть капитану тральщика удалась. Теперь я постоянно мучаться буду, догадываясь, что это сейчас было. Скотина шрамлёная…
Единственным предметом, который остался не у меня — это был гвоздь. Я его поднял и сунул в своё рунное хранилище. Мало ли что может быть в стигмате? Вполне возможно, что симбионт, не найдя выхода сквозь защитный барьер, засунулся в гвоздь и мне ещё предстоит вытащить рикса из него, чтобы отдать долги. В том, что отдам не сомневался, и в том, что ещё встретимся. Хотя, скорее всего, кораблик несколько мгновений пометался по закрытой сфере, если, конечно, не смог её пробить, а теперь, после отключения купола, летает где-то по Единству в поисках подходящего тела.
Никто не видел рун в штуках и сколько конкретно мне передавалось но надо быть полным идиотом, чтобы не заметить, что в меня влили целое море ценных предметов и звёздной крови. Не успела золотая рикс народа древа слова сказать, когда на арену запрыгнул огромный здоровый серебряный мужик с топором и заорал:
— Фионтар!
Ещё через мгновение увидел, заскочившую на арену серебряную девку, гибкую и пылавшую защитами. Нет сказать, что любит и готова на всё ради меня, и даже пироги испечь, но и она заорала:
— Фионтар!
Фионтар! Фионтар! Фионтар! Да сколько можно? Ещё трое любителей лёгкой поживы хотели забрать у деревянного восходящего честно нахапанные ценности. При таком богатстве теперь мне из дома не выйти. Никто не позволит под самой кроной центрального Великого Древа убить неожиданно разбогатевшего придурка, но оставлять в покое не собирались. Отвечать словами не стал. По совету симбионта, который уже пробежал по закромам, одел на шею руна-предмет торк один заряд из пяти, и принял вызов. Двадцать секунд неуязвимости и всего пятеро придурков. Материализовал своего любимого Тарантула, а через мгновение машина открыла шквальный огонь в упор. В довесок выпустил серебряную змейку с кинжалами. Чуть придержал её, буквально на мгновение, чтоб не влезла под огонь ротора. Руна была разумна, и женщина-змея поняла мои мысли мгновенно. Немного было обидно, что меня подрезать нельзя, но жизнь и так прекрасна, поэтому ловко поднырнула под линию огня боевого паука, точно понимая, где заканчивался развернутый конус попаданий, резанула первого фионтарщика по коленям.
Мужику, который ещё каким-то чудом держался на защитных рунах и неестественной регенерации, заживлявшей дыры мгновенно, было удивительно получить травму коленей, а потом быстрый удар в глаз. Мельком глянул на девку и остальных. Змейка металась, синхронизируя свои перемещения с пауком. Он постоянно менял цели, чтобы все не остались обиженны. Восходящие сильны, и пока никто не издох, но одно дело мгновенно заживление после стрелы или удара топора, а другое, когда тебе прилетает горсть стрелок из ротора, а через секунду ещё и ещё. Арена была немаленькая.