— Владу пока не надо… Точнее, он не знает, что ему туда надо. Очень надо. Но ты же можешь сделать это как-нибудь… Ненавязчиво? — вкрадчиво объяснил эксперт, еще больше запутав и даже испугав ее.
— НАДО. СДЕЛАЕМ НЕНАВЯЗЧИВО, — ей показалось, или в этом согласии опять звучали иронические нотки?
К счастью, открылись двери второго лифта, оттуда вышли двое полузнакомых ей сотрудников «Захвата», и она только махнула рукой:
— Ладно, сделаю. Потом объяснишь…
Она вздохнула и зашагала вслед за аналитиком к огромным дверям в глубине коридора.
Зал был действительно прекрасен. Оформленный в стиле хайтек, он сразу настраивал на деловой лад, а панорамное окно, из которого открывался вид на половину Москвы, невольно подсказывал посетителю мысли о грядущих перспективах компании. Впрочем, Настя уже слышала, что всеми помещениями на двадцать первом этаже можно будет пользоваться не только «спортсменам»: они могли быть заказаны ко времени любой организацией, располагавшейся в новом здании.
Она огляделась: народа еще было мало, пустые места красовались даже перед столом президиума. Чуть подумав, Настя решила выбрать стул как можно дальше от него, и не только чтобы скрыться с глаз начальства, но и потому, что понимала: она, в сущности, даже по званию самая младшая, и наверняка сейчас лишь в статусе приглашенного лица, которое позвали в силу сложившихся обстоятельств.
Кот-Ученый, впрочем, поначалу потянул ее поближе к президиуму, но, фыркнув едва слышно в усы, махнул лапой и уселся рядом с ней.
Зал постепенно заполнялся, и Настя отметила про себя, что все обходят место напротив нее — видимо, настолько привыкли, что там обычно усаживается Влад, что и в новом здании решили придерживаться этого правила. К моменту, когда появился он сам, почти все стулья были заняты, и он довольно улыбнулся и подмигнул ей, устраиваясь поудобнее.
У Насти слегка отлегло от сердца: если он и злился на нее в Белгороде, сейчас это позади. Впрочем, подмигнув, Влад сразу отвернулся и словно исключил ее из сознания — как всегда на совещаниях…
Хватов и Ионеску, владелец и гендир «Захвата», вошли вместе. Еще не усевшись за стол президиума, зампредседателя Общества досточтимого Грааля вампирского с улыбкой оглядел зал и сидящих в нем, и проговорил:
— Что, нравится? Мне тоже! Прямо гордость какая-то… Первое совещание… Ну что ж, с почином!
В зале захлопали, и Настя присоединилась, пока довольный Хватов занимал свое место.
А вот Ионеску явно не разделял всеобщей радости. Усевшись, он без предисловий приступил к делу:
— Ну что ж, начнем. Ситуация нелегкая, коллеги. Пришла, откуда не ждали, как говорится… Давайте так: сразу новости и перестановки, а вводные потом — основное здесь, дальше в индивидуальном порядке. Дела не ждут.
Он оглядел собравшихся, все дружно закивали и открыли блокноты.
— То, что сейчас сообщу, для сотрудников отдела спецопераций — не новость. Остальным слушать внимательно! Ориентировочно с февраля в Европейской части России отмечен целый ряд преступлений, изначально квалифицированных…
Поначалу Настя решила не слушать — сказали же, что для «отдельцев» это не новость, — но подача информации в исполнении Ионеску настолько отличалась от парщиковской, размеренно-равнодушной с неожиданными вкраплениями неуместного юмора, что пальцы сами потянулись к ручке. Да, эту вводную она сама могла произнести наизусть, но теперь ее действительно хотелось записать!
…— И вот сегодня совершен второй теракт. Час… Нет, уже полтора назад… вооруженное нападение на мобильный донорский пункт, практически полностью повторяющий преступление недельной давности в Коломенском, произошло в Санкт-Петербурге…
Настя замерла. Вот тебе и секта…
Как там сказал Кот-Ученый? Что она, вместо того, чтобы выполнять задачу безопасника — расследовать дела, — умножает их? Похоже все-таки, они умножаются безо всякого участия с ее стороны… Во всяком случае, что касается данных конкретных дел…
— Журналистов пока сдерживают, официально новости об этом появятся не раньше восемнадцати ноль-ноль. Удалось договориться и дать фору нашим агентам в городе, чтобы занялись этим негласно — совместно с УФСБ Питера. В отдел информацию предоставим, будет к вечеру. Но, конечно, в интернет-каналах уже началось… грхм!.. безобразие…
Настя зажмурилась, представив себе масштабы «безобразия». В журналистской жизни, которую она привыкла считать прошлой, ей приходилось сталкиваться с придерживанием информации, и она прекрасно понимала, о чем речь и какие будут последствия… Все силовые структуры еще долго будут обвинять в преступном замалчивании, эхо будет длинным и станет отзываться порой в совершенно неожиданных ситуациях.