«Ой, бли-и-ин… — пронеслось в голове. — Это же придется Георгию Ивановичу звонить, и срочно… Без этого никак… А я в Белгороде…»
Наконец, выпал выходной, и Влад с утра собирался поехать в спорткомплекс, в качалку — позаниматься просто так, для собственного удовольствия. Но разбудил его не будильник, а телефон:
— Приветище! — судя по голосу, Красавченко был просто счастлив. — В общем, я все организовал.
— Что организовал? — не понял Влад.
— Позвонил Денчику и Костяну. Валим завтра вечером в Шушмор! Я уж понял, что от тебя действий ждать бесполезно, так что, если сможешь — присоединяйся, до вечера второго мы там. Погоняем на квадриках, шашлыков поедим! Если решишь все-таки — звякни, скажем, надо ли чего прихватить.
— Хорошо, — помолчав, отозвался он. — Если будет возможность — приеду. Спасибо за приглашение.
— Эй, ну ты чего? — встревожился Игорь. — Да что с тобой такое?
Влад не удержался от осторожного вздоха. Ребра по-прежнему болели.
— Нормально все. Не бери в голову. Работы много, устал.
На этот раз друг долго молчал — Влад подумал было, что связь прервалась.
— Знаешь, Влад… — наконец, начал Игорь очень странным тоном. — Я не знаю, что у тебя там на службе. Я не знаю, что у тебя там с девушкой. Я не знаю и даже не спрашиваю, решил ли ты свои медицинские проблемы, или хотя бы пытаешься их решить. Я одно знаю: раньше, скажи я тебе про Шушмор, и тем более, что мы уже собрались и только тебя ждем, ты бы уже прыгал по потолку, параллельно подыскивая лучшие сорта мяса для шашлыка и фонтанируя вариантами маршрутов! И вырвался бы в поездку, несмотря на свою занятость, любыми способами! И всего вышеперечисленного для меня достаточно, чтобы понять: тебе хреново что пипец! Верно?
«Не верно!» — хотел ответить Влад, но друг уже продолжал, словно эти слова уже прозвучали:
— Врать не надо! Вот мне врать не надо! И Дену с Костей тоже — дружим двадцать лет из тридцати, что живем на свете! Поэтому я предлагаю такой вариант. Вечером встречаемся. Хочешь — у тебя, хочешь — у меня, ради этого даже Аньку к родакам выпру на ночь. Сидим, отдыхаем, и ты мне все выкладываешь. Все, понял? Поработаю сегодня психотерапевтом сильной личности, хе-хе. Придумаем что-нибудь. Ну?!
Влад молчал. Потом неохотно произнес:
— Я подумаю…
— Думай. Позвони до вечера, скажи, у кого зависнем. Вариант «не зависнем» не принимается. И кстати, если не позвонишь — можешь вообще не звонить. Больше. Понял?
Красавченко отключился, похоже, даже не успев услышать ответ Влада: «Понял».
И тотчас телефон снова разразился звонком:
— Приветствую, друг мой Владѝслав! Не разбудил, надеюсь?
— Нет, друг Федор! Рад слышать, — Влада постарался ответить как мог тепло, но поймал себя на мысли, что не поверил бы собеседнику с таким голосом.
— Я по поводу твоего запроса, — не обратив внимания на тон, продолжил Кот-Ученый. — В общем, задачка серьезной оказалась. Когда можешь подъехать? Я во второй половине дня буду очень занят, извини, так что — либо сейчас, либо вечером.
Влад подавил искушение ответить «Вечером», чтобы было чем оправдаться потом перед Красавченко. Ну что же, качалка-то уж точно подождет несколько часов…
— Давай сейчас. Буду… — он прикинул время. — Часа через полтора точно буду!
В глубине души он чувствовал раздражение — как все ловко распоряжаются его жизнью даже в выходной!..
Дверь в подъезд была открыта, с верхних этажей доносился запах краски.
У квартиры политического эксперта сидела трехцветная кошка. Завидев Влада, принялась ластиться то к нему, то к порогу, прося, чтобы открыли.
Влад, подумав, набрал номер Кота-Ученого:
— Федор, я у двери. Тут кошечка вьется, осторожнее…
— Трехцветка? — ключ в замке защелкал, поворачиваясь, и дверь распахнулась, кошка шмыгнула внутрь. — Заходи, это соседская. Днем ко мне часто приходит, когда хозяев дома нет. Тебе чайку с гематогенкой?
Влад кивнул и, повинуясь гостеприимному жесту эксперта, прошел в кабинет. Обивка кресла на этот раз явно была почищена, но он решил сесть на прежнее место, за столик — разговор все-таки предстоял деловой.
Кот-Ученый вошел с подносом, кошка вилась в ногах, но эксперт, похоже, предчувствовал ее движения: ступал всякий раз так, что подставиться той не удавалось.
— Ну и задачку ты мне задал… — вздохнул аналитик, усевшись, и вдруг обратился к кошке, тершейся внизу: — Видите ли, дорогая моя, сейчас не могу уделить вам достаточно внимания. Но потом часок у нас будет, обещаю. В спальне любая коробочка — на ваше усмотрение. Кровать и диван тоже. Пожалуйста.
Влад не без удивления наблюдал, как кошка, напоследок мазнув хвостом по задней лапе Кота-Ученого, плавной походкой направилась в коридор.
— Ну что ж, Корбут Георгий Иванович. ФИО, похоже, подлинные — вернул, выходя на пенсию, — начал эксперт. — А вот когда на службу поступил… Это вопрос. Копать пришлось глубоко, а я, конечно, не юный капер даркнета и не библиотечный червь, хотя и соображаю кое-что… В сети, естественно, материалов не особо много, больше в архивах Конгресса магов. Там его, кстати, почти никто и не помнит: не появлялся лет тридцать, если не больше, хотя взносы платит… В общем, так, Влад. Я бы мог сказать, что беспокоиться не о чем: похоже, этот человек служил в органах с самого момента их основания, с тех пор, когда они еще назывались ВЧК. Причем даже тогда был уже немолод и явно обладал немаленьким опытом…
Кот-Ученый помолчал.
— Мог бы? Но? — спросил Влад.
— Тут два «но». Первое — даже со времен ВЧК-ОГПУ прошло более ста лет, Влад. Менялись не только сами органы — менялся государственный строй. Та структура, в которой ты служишь сейчас — отдел специальных энергоинформационных операций, — вообще пережил больше полутора десятков реорганизаций, смен названий и даже функций, а несколько раз вообще временно переходил на нелегальное положение в виде тайного общества товарищей с магическими способностями, неравнодушных к судьбе Родины, и нежити… В зависимости от мнения политического руководства по поводу существования самой магии, пользы от нее, и отношению к вам лично.
— Колебались вместе с линией партии, — криво усмехнулся Влад, не понимая, куда клонит эксперт.
— Ну да, — кивнул тот. — И этот человек пережил все это. Все репрессии и чистки, реорганизации и переформирования. Повторю, что, похоже, успешно переживал подобное и до того. Понимаешь?
Влад задумался.
— Хочешь сказать, что это маг какой-то потрясающей силы? — наконец, спросил он.
— И это тоже, — снова кивнул эксперт. — Но не только. Вспомни, о скольких тайных проектах ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ ходили слухи? Да и сейчас о них всякие книги уфологи да эзотерики пишут… Большáя часть проектов, конечно, создавалась только для отвода глаз — в целях прикрытия того же отдела, как бы он ни назывался. Но сам отдел тоже занимался многими другими — настоящими, и, прямо скажем, поработал на славу! Хотя результаты почти в ста процентах случаев остались засекреченными даже от руководства ведомства…
— Стоп!.. — Влада озарило, голос сорвался.
Прежде чем продолжить, ему пришлось перевести дыхание:
— Я правильно тебя понял? — тихо и внятно проговорил он. — Ты хочешь сказать… Что Настя и Грааль… Это все какой-то проект?!
В груди кипело. Качалка становилась прямо-таки насущной необходимостью. А может, потом завернуть и в зал, потренироваться просто так, для себя? Спарринг-партнер всегда найдется…
— В принципе, ты прав. Но я бы сформулировал иначе, — покачал головой Кот-Ученый. — Это начало какого-то нового проекта — Настя, наверняка ты тоже, кстати, и, возможно, даже я — как учитель и названый брат. Грааль, подозреваю, тут несколько второстепенен, поскольку это Предназначение, которое никто изменить не в силах. Разницу понимаешь?
Влад только молча моргнул.
— Все-таки восхищаюсь твоей выдержкой, — пробормотал Кот-Ученый. — Пей чай, а то будет, как в прошлый раз. Гематогенку тоже съешь, пожалуйста.
Безопасник отпил из чашки и проглотил гематогенку, не почувствовав вкуса ни того, ни другого. Но ему действительно стало немного легче.
— А второе «но»? — спросил он. — Ты говорил, есть второе.
— Да. Знаешь, у очень старых магов, чем бы они ни занимались, в какой-то момент наступает… хм… вообще-то официального термина не существует… Но я называю это отстранением.