— За движок не волнуйся, он хорошо доработан, — усмехнулся Влад, увидев, как осторожно Дракулин трогает руль и рычаг коробки передач. — За внешний вид тоже — не обижусь, если долбанешь. Форс-мажор.
И тут ожила рация:
— Сармат, я Аргус. Докладываю: журналистов несколько, есть из газет и радио. Рассредоточились, наблюдаю троих в арке, двое за углом дома. Точное количество неизвестно. Телегруппа сообщила, час назад в редакции анонс пришел. Похоже, от террористов: ожидается крупная перестрелка, без подробностей.
Ну да, по оперативке от Корбута ожидалось, что погромщики будут требовать эфир… Предусмотрительные! И явно рассчитали, что за час до событий им никто ничего не успеет противопоставить.
Влад вздохнул. Теперь уже ничего не поделаешь. Разгонять журналистов бесполезно. И они сунутся в самое пекло.
— Понял, Аргус. Возвращайтесь на пост. Сармат всем постам. Сармат всем постам. Ребята, все слышали? Работать придется быстро и аккуратно. Нет, очень быстро и аккуратно.
— Вас понял, Сармат, — откликнулась рация на несколько голосов.
Взгляд на часы: шестнадцать двадцать семь. Ну что же…
Как обычно, показалось, что время замедлилось.
А вдруг Корбут все-таки ошибся? Вдруг…
Нет. Прибытие журналистов — само по себе подтверждение оперативной информации.
— Вот они! — не своим голосом выкрикнул Дракулин.
Три «БМВ», соблюдая четкую дистанцию в два метра между собой, подъехали ко входу на станцию, и так же четко затормозили.
— Красавчики… Ну, посмотрим… — безотчетно пробормотал Влад, и скомандовал Дракулину: — Заводи!
Мягко заурчал «хорошо доработанный» мотор внедорожника. Влад опустил стекло со своей стороны.
Двери машин синхронно хлопнули, оттуда вышли шестеро в черных спортивных куртках и балаклавах. В руках у двоих — длинные свертки. Не переговариваясь, «черные» двинулись ко входу. Двое по пути развернули свертки: «Мосберги», конечно…
— Башня один, я Сармат. Башня один, я Сармат. Работаем. Принимайте гостей.
Тишина в эфире. Даже треска помех нет.
Четверо вошли в здание, двое блокировали вход. Достали пистолеты из-за пояса сзади.
— Башня один, я Сармат! Башня два!.. Вот сука! — Влад стукнул бесполезную рацию о торпедо. — Ну блин!
— Сдохла?! — с ужасом прошептал Дракулин. — Что теперь?!
— Приказов слушайся… — пробормотал Влад. — И молчи…
Взял штатную рацию из отдела! И рад, конечно — Парщиков разрешил! Маладца!
Да эта рация с самого Китежа не проверялась! А там, небось, вовсю ее поюзали…
Ладно, все! Спокойно! Все посты в курсе, что делать. Володька — Башня два, не подведет!
Справимся…
Выстрел в здании — сработал помповик!
Дракулин глянул отчаянно, губа закушена…
— Спокойно, спокойно… Прорвемся…
Уверенности он все-таки не чувствовал.
Ладно, попробуем еще раз… Надо бы снять этих двоих у входа… Очень надо!
— Охотник один, Охотник два, я Сармат! Как слышите, прием! Охотник один, Охотник два, я Сармат! Как слышите, прием!..
Тишина в эфире. Полная.
Двое у входа вертят головами, водят стволами… От пули снайпера их отделяет только неисправная рация…
Выстрелы в здании! Пять… Восемь… Несчетно!
Стекло во входной двери вмиг побелело от трещин и осыпалось!
Перестрелка — палят и «спортсмены», и «черные»! Среди пистолетной стрекотни снова бухнул «Мосберг» — раз, другой…
Стекло второй двери сложилось пополам, потом тоже рассыпалось!..
И вдруг выстрелы разом стихли.
— Ну!!!
Трое в черном выскочили из дверей, пятясь спиной, стволы направлены туда, в холл!
Влад услышал крики: «Уходим, уходим! Живо!», и двое у дверей присоединились к группе.
Краем глаза он увидел, как на улице вдалеке появились двое гражданских, бегут к головной «БМВ»… А! Журналюги, идиоты, куда?!
Группа рассыпалась по машинам…
Тройка «БМВ» тронулась почти синхронно, и тут же с обеих сторон выскочили, как черти из табакерки, оба пикета: «Ауди» и «Мерсы», завизжав резиной по асфальту, развернулись и блокировали колонну — два авто позади, два впереди. Посыпалась из своего «Фольксвагена» Коробка — все четверо, бросились к машинам… Из пикетов тоже рванули «спортсмены», зачастили выстрелы, крики: «Брось оружие! Всем выйти из машины! Лицом вниз!!!»…
Водитель средней «БМВ» решил уйти, обогнув блок впереди по тротуару мимо «сталинки», начал разворачиваться, да не до конца…
— Тарань!!! — выкрикнул Влад и высунулся по пояс в окно, паля из обоих «Грачей» в машину, которая безуспешно пыталась преодолеть бордюр под углом.
Лобовое стекло БМВ покрылось сетью трещин и просело.
Дракулин сработал как надо: машина рванулась, и кенгурин смял крыло и переднюю пассажирскую дверь «БМВ», лобовуха и стекло двери рассыпались. Двери с другой стороны распахнулись, оттуда посыпались «черные», побежали почему-то не врассыпную, а вперед, на ходу пытаясь отстреливаться…
Влад толкнул дверь внедорожника, выпрыгнул и пошел им вслед, стреляя с обеих рук, целясь в ноги. Они еще оборачивались и пытались отвечать огнем из пистолетов, но, взвизгнув, упал один…
Влад почувствовал толчок в грудь, резкой болью отозвавшийся в ребрах. Устоял, пошел дальше.
Второй «черный» упал молча.
Еще толчок в грудь, слабее…
Третий обернулся — Влад увидел в прорезях балаклавы, совсем близко, совершенно безумные глаза, и выстрелил, — и тот, уже падая на колени, бросил пистолет и поднял руки…
Четвертый попытался, пригибаясь, уйти за угол, но оттуда навстречу выскочили двое гражданских — с камерами, — тот невольно затормозил, прицелился в них… Послышались сухие щелчки — патроны у «черного» кончились.
Влад продолжал стрелять.
«Черный» распластался на асфальте, воя и хватаясь за голень.
Влад обернулся.
И понял, что все кончилось.
Он опустил пистолеты.
Дракулин сидел на асфальте, зажав левой рукой предплечье правой, в которой сжимал штатный Макаров. Крови видно не было.
— Меня ранило! Задело немного! — глаза у него были совершенно счастливые.
Оба журналиста, прятавшихся за углом, уже обогнули Влада, и щелкали «горячие» кадры, как одержимые. Еще несколько работали среди машин.
Вокруг головной и последней «БМВ» на асфальте загорали по двое «черных» в наручниках, вокруг похаживали «спортсмены». Оба помповых ружья и пистолеты лежали тут же.
Неподалеку завыли сирены…
Настя выскочила из метро «Аэропорт» и завертела головой — куда?!
Народ вокруг шел по своим делам, будто ничего не случилось.
«Карты в смартфоне!» — пронеслось в голове. Трясущимися пальцами она принялась дергать молнию на сумке: в метро так часто доставала трубку, чтобы лихорадочно потерзать каналы и сайты новостей, и, разочаровавшись, засовывала ее обратно, что бегунок начало заедать.
Наконец, она справилась с застежкой, попыталась набить адрес, поняла, что по клавишам не попадает. Позвала голосовой помощник:
— Станция переливания крови «Северная»! Построить маршрут!
— Ой, дочка… Не надо тебе туда, стреляют там! — какая-то бабулька услышала ее и решила, что «дочка» никак не обойдется без совета.
— Где это?! Как пройти?! — не обращая внимания на смысл бабкиных слов, крикнула Настя.
Бабка пожевала губами и решила быть отзывчивой:
— Ну, раз надо… Вот там парк, прямо дальше по улице. Через парк иди, дочка, по краю, там увидишь…
— Маршрут построен, — сообщил смартфон.
— Спасибо, — кивнула обоим Настя и понеслась.
Улица пролетела мимо нее почти незамеченной, но…
Конечно, сведения бабки были чересчур общими, а карты помощника не учитывали начало ежегодных сезонных плиточных работ: в парке Насте пришлось, ругаясь, много раз сворачивать с перекопанных дорожек на узкие обходные тропинки, путаться, возвращаться назад, чтобы снова свернуть не туда… Каждый раз помощник бесил ее, сообщая «Маршрут перестроен» таким голосом, словно разговаривал с ребенком малым, неразумным, который мечется среди зарослей исключительно в силу своей глупости и гиперактивности, и надо направить его на путь истинный, сохраняя максимальное спокойствие.
Наконец, она увидела за деревьями металлические прутья забора и какую-то улицу вдоль него, и понеслась туда, уже не обращая внимания на то, плитка, трава или утоптанная земля под ногами. К счастью, под конец причудливая сеть дорожек парка совпала с ее путем — чудом, не иначе, — и вывела ее к воротам.
— Через пятьдесят метров поверните налево…
Настя нажала на экран, помощник замолк — она и сама видела теперь переход слева, а за ним, впереди, улицу. Перед ней стояло оцепление, заворачивавшее все машины и прохожих, но зеваки, конечно, образовали небольшую толпу и тянули шеи.