— Вопрос! — поднял руку кто-то позади. — Сколько в целом произошло нападений?
Парщиков досадливо крякнул и произнес:
— Точно пока неизвестно, не ясно так же, когда они начались. Только после вчерашнего нападения в МВД поняли, что это похоже на систему, и стали собирать данные о разрозненных случаях. Пока понятно, что есть несколько за последние два-три месяца по Центральному федеральному и Черноземному округах, вероятно, есть в Приволжском…
— Детали налетов? Можно поподробнее? — включился еще кто-то.
— В настоящий момент я, как и вы, знаю минимум. Полагаю, раз все предыдущие случаи квалифицировались как хулиганство, значит, и ущерб был невелик. Собственно, мы и узнаем эти детали, когда включимся в расследование.
— Нам передают это дело? — раздался еще голос.
— Потому я всех и собрал, — развел руками начальник отдела. — Есть мнение, что вчерашний случай стоит квалифицировать как теракт, и это, сами понимаете, уже наша епархия. Но сначала необходимо ознакомиться с материалами, которые нам подготовили в МВД. Или подготовят в ближайшее время. Анастасия Ромуальдовна, это дело для вас. Пора оправдывать доверие, так сказать, а то вы что-то все прохлаждаетесь…
Настя ахнула и отчаянно посмотрела на Влада.
— Спокойно, спокойно… — прошептал он ей одними губами.
Что происходит?! Что, о боги, сейчас происходит?!
— Коллеги, прошу оказывать всемерную помощь нашей единственной девушке в коллективе, — продолжал Парщиков. — Ну и вот еще… Учитывая… гм… опыт младшего лейтенанта Горлинки, была рекомендация выделить ей наставника посерьезнее. Георгий Иванович, Анастасия Ромуальдовна, надеюсь, вы сойдетесь характерами… Предлагаю начать прямо сейчас, потом зайдете за имеющимися данными. У меня, собственно, все, коллеги.
Влад сидел на лавочке под раскидистой липой неподалеку от входа в здание отдела и ждал Настю.
И боролся с острым желанием позвонить Хватову или Ионеску — гендиру «Захвата», и рассказать им о том, что произошло на оперативке.
Но что-то подсказывало, что звонить рано. Еще очень рано. Он должен хотя бы немного разобраться в ситуации сам. И принести им свои первичные выводы…
…Демоны, да какие тут выводы?! Была ведь договоренность о том, что работа Насти в отделе — только прикрытие и защита для нее как жрицы, что она здесь лишь числится! И не более! Кроме того, она не умеет ничего! Речь даже не об отсутствии опыта — она первокурсница непрофильного вуза, даже знаний у нее в буквальном смысле ни-ка-ких!
И этот странный наставник — кто он, откуда взялся?!
Разве это само по себе — не достаточный повод для звонка Хватову?!..
…Недостаточный. Ее всего лишь послали забрать дело из МВД, по большому счету. И Корбут не производит впечатление случайного человека. Очень может быть, что расследовать погромы в банках крови будет на самом деле он, а Настя тут так, по принципу «ну хоть что-то изобрази для приличия»…
…Вопрос только в том, кого Корбут представляет? Чьи интересы?
Конгресс магов, конечно, рекомендация хорошая, но один член Конгресса в отделе уже был, последствия до сих пор не расхлебали. Само по себе членство там не говорит ни о чем!..
…Наконец, дверь распахнулась, Корбут пропустил Настю вперед.
Влад встал, снова подавив желание — на этот раз броситься ей навстречу.
Настя шла быстро, но маг шагал широко, и подошел первым. Протянул руку:
— Извини, капитан. Ничего личного, только в интересах дела.
Влад понял, за что он извиняется, и только слегка кивнул молча, пожимая руку в ответ.
И вдруг осознал, что так насторожило его в моложавой внешности ветерана.
У него были глаза очень старого человека. Очень старого…
Настя подождала, когда Корбут отойдет подальше, и схватила Влада за руку:
— Он крутой, конечно… Но я боюсь!
Она заглянула ему в глаза — вопросительно и растерянно.
— Его? — спросил Влад и улыбнулся. — Его не надо бояться. Просто очень опытный старший… Наставник…
Хотел бы он сам быть уверен в том, что говорил…
— Нет, его не боюсь… Точнее, не прямо вот боюсь… Хотя страшновато, конечно… Нет, непонятно, скорее, — Настя путалась в словах, как всегда, когда нервничала. — Мы завтра в Главное управление МВД поедем, вот этого точно боюсь… Что скажу что-нибудь не то, что тупой буду выглядеть… Ну так как-то…
Они уже шли по тропинке к проходной.
— Помнишь, перед тем, как ты сдавала экзамен по этому самому страшному предмету твоему… — начал Влад, и она подхватила, уже догадываясь:
— По истории социально-политических учений…
— Ну да… Мы на скалодром съездили? Хочешь еще разок? Времени всего полседьмого, успеем!
Настя вошла в квартиру, бросила плащ на кушетку, не заботясь о том, чтобы повесить его, и прошла на кухню. Открыла холодильник, схватила герметичный пакет, надрезала и выпила кровь прямо оттуда, не затрудняя себя переливанием в стакан.
О боги, как она устала сегодня! Денек выдался еще тот, что и говорить…
Чувствуя разливающееся по телу тепло, она прошла в комнату и плюхнулась на кровать. Хотелось просто поваляться немного… Она зажмурилась.
Одним из плюсов новой жизни было льготное снабжение кровью. Нет, ни гематогенки, ни регистрация в ЕСОР никуда не делись — она все так же по понедельникам посещала банк крови, где выпивала положенные двести граммов. Но теперь ей дополнительно были положены два пакета в неделю, которые привозил курьер — они лежали у нее в холодильнике, замаскированные под упаковки популярных соусов. Впрочем, эту маскировку Настя не считала удачным решением — а вдруг придут в гости, допустим, те же Катя и Света, по общежитской привычке сунутся туда на предмет чего бы перекусить, и случайно схватят не тот пакет?..
Она потянулась и глянула на часы. Времени много, надо бы не валяться, а взять книжку и почитать, допустим, ту же историю социально-политических учений, часть вторую…
«Ладно, поваляюсь минут пятнадцать… Ну правда, я устала…» — разрешила она себе.
День действительно был непростым.
Она успела побывать на первой паре — слово «учиться» тут не подходило, Настя слишком нервничала перед встречей с наставником и поездкой в Главное управление уголовного розыска Центрального аппарата МВД. Звучало очень внушительно. Хотя Влад вчера сказал на прощание, что ничего страшного в этом нет, Корбут сделает все сам, а ее задача — следить, как это делается, и не больше, избавиться от волнения она не могла.
А жаль. Влад оказался прав. На все про все у них ушло чуть больше часа, да и то, около двадцати минут они просто ждали дежурного оперуполномоченного. Тот оказался аж в чине подполковника, что немало удивило Настю, но наставник лишь усмехнулся: «Что ты хочешь, это же Главное управление…»
Подполковник, несмотря на хмурый и озабоченный вид в целом, похоже, был просто счастлив избавиться от странного дела: на все вопросы отвечал с готовностью, даже пошучивал. В общем, все оказалось обычной бюрократической процедурой, и не более. Как показалось Насте, дежурный облегченно выдохнул, когда они покидали кабинет.
— Ты спешишь? Поговорим немного? — спросил Корбут, когда они вышли из Управления.
Прикинув, Настя согласилась: до тренировки у Маргоши оставалось время, да и вчера они, по большому счету, успели только познакомиться и рассказать друг другу о себе самый минимум. Хотя, впрочем, она успела понять со слов наставника, что он успел поучаствовать в тех операциях, которые уже относились к легендарным — как по значению, так и по давности…
Против ее надежд, он не повел ее в кафе, а предложил немного прогуляться, и в итоге они устроились на скамейке в сквере.
— Давай начистоту, Анастасия. Я знаю, кто ты, и знаю, что это не ты работаешь в нашем Ведомстве, а Ведомство, точнее, некая часть его, прикрывает тебя.
Настя кивнула, соглашаясь.
— Тогда предлагаю так. Я достаточно давно отошел от дел, и в нынешних молодежных субкультурах не понимаю ничего. Ты, мне кажется, сможешь в этом разобраться и мне помочь. Дело тут не только в возрасте, но и в том, что факультет твой дает для этого все возможности. Сразу скажу: о внедрении или настоящих оперативных действиях речи идти не может, в твоей ситуации это слишком опасно. Согласна?
Настя снова хотела кивнуть, но наставник прервал ее:
— Предупреждаю заранее: сведения могут понадобиться мне в любое время дня и ночи. Действительно в любое. Хотя беспокоить буду только по делу, обещаю. А если самой что-нибудь в голову придет — тоже звони, когда хочешь. Точнее, как только в голову придет — сразу и звони. Еще раз — согласна?