Тот, пробежав взглядом по бумаге, только кивнул и нажал на какую-то точку на поверхности кейса. Снова позади него на стене соткалась дверь…
Третий кабинет — новый маг, женщина средних лет в костюме, похожая на учительницу. На этот раз Настя услышала заклинание на каком-то неизвестном языке, но Кот-Ученый, когда-то заявивший ей, что понимает все языки вообще, даже мертвые, как-то странно улыбнулся…
Четвертый кабинет и шаман, одетый в шкуры, короткий танец с бубном…
Пятый… Шестой…
Из седьмого двери открылись широкие, двустворчатые, и они оказались в огромном зале.
Влад сжал ее руку — то ли от неожиданности, то ли… То ли поняв, что перед ними сейчас — живая судьба страны…
Именно такая мысль поразила саму Настю, когда она увидела четверых магов, сидящих в креслах с закрытыми глазами. Точнее, кресел было семь, но остальные три были пусты.
Уже пусты…
Маги сидели, казалось бы, в вольных позах, но это только казалось: на лицах у всех застыли страдальческие, напряженные гримасы, у двоих на лбу блестели крупные капли пота. Над ними, очень высоко, полыхало зарницами облако, от него вниз, к креслам, перебегали цветные лучи, выхватывая из полутьмы детали лиц и одежды…
— А где… Старейшие? — спросила Настя.
Старейшие ведь должны были поддерживать Сильнейших… Разве нет?
Или… Всё?!
— Полюс! — перед ней снова появился кто-то, в полутьме, против света она не разобрала, кто, просто протянула силуэту кейс.
И вдруг черная коробочка распахнулась сама собой, мягкое радужное сияние озарило зал…
Кто-то из Сильнейших застонал невнятно — Насте показалось, призывая совершить все быстрее…
Тот, кто взял кристалл у нее, торопливо прошагал к кругу кресел — торопливо, но очень осторожно, словно боясь как-то потревожить сияющую драгоценность в своих ладонях… Да нет, он действительно боялся, ведь Полюс был сейчас самой драгоценной вещью на свете!
Несший поднялся на невысокий подиум и оказался в кругу кресел. Замер.
Тишина. Только слышно даже отсюда тяжелое прерывистое дыхание Сильнейших в кругу…
— Ну же… Ну! — прошептала Настя, сама не своя от напряжения, и услышала, что рядом, в этой тишине, что-то шепчет Влад.
А вдруг все напрасно? Вдруг что-то не так — например, Полюс действительно был поврежден при падении там, в тайге?..
Тишина…
И в этой тишине кристалл будто взорвался беззвучно!
От неожиданности Влад и Настя присели, но сияющая сфера расширилась, постепенно угасая, и ее разбегавшиеся светящиеся границы растворились, не дойдя до стен зала…
Снова тишина.
Ничего не изменилось…
Нет. Изменилось облако. Оно словно бы померкло, зато в нем появилось световое ядро. Затем цветные лучики втянулись, ядро стало ярче…
И оттуда вырвался один-единственный, ослепительно яркий луч — устремившись прямо в кристалл! Тот снова вспыхнул, но не взорвался на этот раз, а засиял ровно, уже не мягко — мощно, ярко, переливчато… Озарил собой весь зал!
И тотчас же Сильнейшие в креслах вздрогнули, и их тела будто сбросили в Полюс волны света! Он их поглотил…
Маги обмякли.
Тишина.
И в этой тишине раздался удивительно трезвый и спокойный голос Кота-Ученого:
— Ну все, собственно. Процесс завершен. Сейчас сообразим что-нибудь в качестве подставки — не будут же маги посменно держать его, — и по домам! Расходимся, граждане!
— А… А… — Настя хотела спросить про помощь Сильнейшим, но растерялась, и вдруг сама заметила, что к креслам уже бегут люди, видимо, маги-целители…
— По домам, по домам, — усмехнулся эксперт. — Вам отдыхать. Обоим. Вас «спортсмены» довезут. Настя, завтра утром звякни, сообщу тебе индивидуальный график сдачи сессии. Завтра — в смысле, не сегодня, поняла?
Часть VI, глава 1
Влад заглянул в холодильник. Вздохнул: тот поразил даже его, бывалого, своей зияющей пустотой.
— Ты что, даже в магазин не сходил? — осведомилась Настя, заглядывая на полки под его рукой.
— Погоди, дай-ка вспомнить, — артистично наморщил лоб Влад, изображая напряжение мысли. — Я проснулся вот здесь, за столом, оттого, что у меня затекли руки, тебя уже не было. На улице стояла глубокая ночь, а передо мной — вареники. Я протянул руку и поставил их разогреваться в микроволновку. Поел и пошел досыпать на кровать… О ужас, я, кажется, даже не разделся до конца, так и повалился в футболке! Когда проснулся снова, была уже вторая половина дня. Прошел на кухню, нашел здесь, на полке, пакет крови и еще порцию вареников. Заправился, сварил вареники и съел… А там уже Федор позвонил, позвал на встречу… И мы с тобой отправились в Китеж, а потом… Так что да, в магазин не сходил. Ну вот так как-то…
— Влад… — укоризненно начала Настя, но тут холодильник требовательно запищал: закройте, мол, дверь!
Влад повиновался приказу, и полез в морозилку:
— О, тут пельмени есть…
— Я знаю! — сообщила Настя. — Смотрела тогда! Но пельмени — это не еда!
— А что тогда еда? — со вздохом спросил он, понимая, к чему она клонит. — Настя, я, между прочим, будил тебя в самолете, когда кормили. Ты предпочла спать, только отмахнулась… Тут еще, кстати, мясо и овощи есть — давай поспим, а они пока разморозятся?
— Ну Влад! — Настя скроила несчастную мордочку. — Ну давай ты сходишь в магазин, а потом поспишь? А я пока приготовлю. А?
Влад вздохнул снова: не отвертишься ведь… Придется привыкать…
Он молча пошел в прихожую и принялся обуваться, а Настя засуетилась:
— Сейчас, погоди, я список напишу! Я прямо мигом!
Влад картинно застонал и пробормотал тихонько фразу из рекламы про мужика со списком в магазине:
— «Мицеллярной воды не было, взял обычную»…
— Чего? — подозрительно осведомилась Настя из комнаты.
— Ничего, ничего, ты пиши, пиши. Ничего не забудь, я второй раз не пойду, — откликнулся Влад.
Через пару минут Настя выпорхнула в прихожую, довольная, и, увидев ее лицо, он удержался от комментариев, даже глазом не моргнул по поводу размеров списка. Пусть все идет, как идет: ей хочется быть хозяйкой. И почему бы, кстати, ему не попытаться привыкнуть к тому, что дом — полная чаша? Допустим, приходить со службы, и питаться не пельменями, изредка для разнообразия — котлетами и антрекотами, а борщом или куриным супом, а на второе… На второе пусть все-таки котлеты или антрекоты, так и быть! Но постоянно, а вот пельмени, наоборот — для разнообразия…
У подъезда его окликнули, он повернулся — от неприметного «Фольксвагена» к нему направлялся знакомый «спортсмен» из отдела наружки.
— Привет, Петр, — поздоровался он, удивляясь про себя: все же давно уехали! — Что случилось?
Привезли их домой так же, как ехали в Москву — на кортеже с «люстрами», наверняка удивив вечно бдящих, несмотря на раннее утро, бабусек у окошек, Ионеску пожелал им хорошо отдохнуть, и внедорожники покинули двор… Впрочем, гендир был какой-то мрачноватый, несмотря на успех их предприятия, это точно…
Кольнула тревога.
— Влад, извини, не порть нам статистику, — усмехнулся немного смущенно «наружник». — Сегодня вам из дома лучше не высовываться.
— Что случилось? — настойчиво повторил Влад.
— Ох… — вздохнул Петр. — Давай лучше позвони лично гендиру, он все расскажет. Хотя, по-моему, он и не хотел тебя тревожить…
— Ну ок, — пожал Влад плечами, разворачиваясь к подъезду. — Только скажи: какой режим? Что не просто наружное наблюдение, уже вижу. Охрана, или…?
Он намеренно сделал паузу.
— Ну ты чё, Влад?! — возмутился Петр. — Охрана, конечно! И защита! Ты чё?!
От сердца отлегло:
— Извини, я так… Сглупил… Ладно, понял, пойду… Не буду портить вам статистику.
Он улыбнулся примирительно, зашагал к подъезду, и вдруг вспомнил о цели своего похода:
— Блин, Пётр, у меня мышь в холодильнике повесилась! Я имею в виду, действительно повесилась! Я же из командировки в командировку, там даже просроченного сырка нет!
— А, — рассмеялся с облегчением «наружник». — Говори, что купить, сейчас мы все устроим! Хорошо, что доставку не заказал — мы бы все равно их не пустили…
Влад вздохнул — ему и в голову не пришло вспомнить о доставке. Обычно просто перехватывал что-то в магазине по пути со службы…
Он протянул Петру список на половину листа, тот повертел его в руках, поднял бровь:
— Что так мало-то?
— Это, я так понял, на один день… Ну, может, на пару, — пробормотал Влад удивленно.